— Мне удобнее черная балаклава и полный боевой развес, но, пожалуй, пойду так, как сейчас, — ухмыльнулся Аркадий.
А одет он был по-террански, в брюки и черную рубашку. Большинство наших разгуливало по крепости либо во взятых из дому шмотках, либо в купленных здесь прикидах. Но Аркадий, насколько я заметил, на сувениры не налегал.
— Я тоже! — кивнула моя жена. — Все равно потом в скафандр переодеваться. Ведь будет драка, так?
— Так, — кивнул я. — Но мы попробуем все же избежать всеобщей бойни.
— Кирилл, я все пытаюсь сказать вам, что ваш план не выгорит! — воскликнул Амон Бореат. — Мастер Стратиг не станет драться с вами, ему это невыгодно! И раз он рискнул выступить так открыто, значит, знает, что Рузон на его стороне!
— Мастер Равновесия не зря называет себя мастером Равновесия, — покачал головой я. — Он не может открыто поддержать одну сторону. Если я передам вызов на драку через него, Стратиг вынужден будет его принять! А Рузон не сможет воспрепятствовать такому бою, иначе будет выглядеть совсем беспредельщиком — а он ценит свою репутацию. Заметьте, драконы Стратига блокировали Мегаплатформу — но не нападают. Значит, какие-то границы Стерарий соблюдает.
— Если примет вызов, он может выйти на бой на драконе, — угрюмо предупредил Бореат. — Опять же, вы убили одного, но обычный стайный дракон и дракон-вожак, как у Стратига — совершенно разные уровни опасности!
— Тогда я возьму Ксантиппу, и посмотрим, кто кого, — усмехнулся я.
— Да! — засмеялась моя жена. — У Рины ты на спине катался, а чем я хуже?
— Лучше все-таки в этот раз поступим наоборот, — ласково сказал я. — Иначе представляешь, как это ужасно будет выглядеть в учебниках истории?
— Это будет выглядеть эпично, — усмехнулся Аркадий, — полностью в моем вкусе! Особенно если позволить Вальтрену подобрать вам подходящую пику.
— Кто такая Рина? — нахмурился Бореат. — У вас тоже есть ездовые звери?
— Рина — это еще одна моя жена, — пояснил я.
— И нам ее ужасно не хватает, — вздохнула Ксантиппа. — Насколько было бы проще, будь она тут! И остальные.
— И остальные, — эхом откликнулся я. — Если Амон прав насчет объединения резервов, мы бы тут просто все тут к лешему разнесли парой-тройкой «светлячков»!
— Да нет, десяток бы понадобился, — серьезно поправил Аркадий. — Или два. Я уже считал. Не совсем ясна кратность роста мощности при объединении резерва, поэтому такой разброс. Но, учитывая обилие на станции непричастного и даже лишенного свободы воли рабского населения, я бы все-таки рекомендовал не лелеять такие фантазии. Зная тебя, Кирилл, они очень легко могут воплотиться в жизнь, когда тебя действительно прижмет!
— Принято, — кивнул я. — Договорились, не буду лелеять. Просто пойду и урою Стратига.
Амон Бореат обводил нас взглядом, словно пытаясь понять, с чего это мы взялись дурака валять и перешучиваться, когда такое серьезное дело.
— Прошу прощения, Кирилл, — начал он, — верно ли я понял, что у вас несколько жен? Или только две? А как насчет сердечной…
— Это потом, — перебил я его. — Расскажу вам в подробностях, а если нам всем повезет, то и познакомлю. Сейчас время дорого. Пока мы с Саней экспериментируем с телепортацией, пожалуйста, расскажите Аркадию все, что знаете о Мастере Стратиге. И его реальных возможностях. Чем подробнее, тем лучше.
— Я знаю о нем много, — скривился Бореат, — больше, чем кто-либо еще из живущих на Цветке, полагаю! У меня есть даже карта его Лепестка — тех его участков, где он не смог как следует заблокировать пространство от сворачивания.
— Отлично! — обрадовался я. — Не знаю, пригодится ли нам это прямо сейчас, но если будет махач все на все — то лишним не будет.
— Но не думаю, что это очень вам поможет, — покачал головой Пустотник. — Мне же не помогло.
— Тут мы разберемся… Заранее спасибо! Саня, пошли. Аркадий, мы вернемся где-то через полчаса.
На самом деле нам потребовалось чуть больше. При этом фокус с транспортировкой общего кокона удался сразу, переоделся я тоже буквально за две минуты — нет, Ксантиппа мне не помогала, и вообще мы не стали «пользоваться моментом», время было, мягко говоря, неподходящим! Моя жена занялась сбором в дорогу и фотографированием своих черновиков: любит она писать на бумаге. Говорит, математические расчеты иначе и не сделаешь, даже планшеты с функцией рукописного ввода не так хорошо подходят. Все остальное у нас в комнате было изначально предназначено на выброс. В смысле, все важное мы держали на Мегаплатформе, включая подарки для детей, а тут, в крепости — только то, что не жалко бросить. Ну и то, в чем нуждались каждый день, вроде оружия и снаряжения.
Все остальное время я давал инструкции Мурату, которого оставлял за главного. Кроме того, какое-то время занял разговор с Лалией:
