– Что ты делаешь?! – закричала Марианна, не понимая, какую ещё он ведёт игру.
– Вы лишь глупые дети, которым захотелось почувствовать себя значимыми.
– Убирайся! Исчезни!
– Прогони меня, накажи за злодеяния, убей, растопчи, – злорадно заигрывал Виктор, и принцесса озадаченно посмотрела на брата. Тот уже не стонал, а темное пятно под ним всё больше расползалось. Только сейчас девушка поняла, чего добивался глава ордена, и похолодела – десять лет против месяца, минуты схватки против нескольких секунд жизни.
– Нет! – она бросилась к брату и попыталась ему помочь, но её грубо схватили за руку и отволокли к стене.
– Напади на меня! Уверен, ты долго тренировалась. Ты не сдаёшься на полпути!
– Нет... – прошептала та и снова рванула к Герману.
– Я сказал – напади!
И снова Марианну утащили прочь, заставляя наблюдать, как жизнь медленно утекает из самого дорого человека на свете. Она понимала, что спасёт их обоих только если сумеет быстро расправиться с предателем, но под плащом последнего угадывалась не только змея, но и множество других тварей, которые давали ему безграничную силу. Принцесса в последний раз оказалась возле брата и, когда мужчина ожидаемо не дал ей перевязать раны, в отчаянии кинулась в атаку.
Они метались по комнате, нанося смертельные удары, от которых чудом уходили, подпрыгивали до самого потолка, чтобы обрушиться на противника со всей мощью, уворачивались так вертко, что позавидовали бы бродячие циркачи. В какой-то миг на лице Виктора растянулась ликующая улыбка. Он неожиданно оказался позади Марианны и заломил ей руки за спиной. Тогда девушка поняла – на протяжении всей схватки он лишь притворялся, что она для него настоящий противник, на самом деле он просто тянул время, но сейчас оно вышло...
– Смотри, – прошипел он и силой повернул её голову к брату, – как уходят последние секунды.
Девушка попробовала вырваться, но нечеловеческая боль сковала её плечо и окутала цепями тело.
– Разве не прекрасно это мгновение?
– Герман... – просипела принцесса. – Прошу... Герман...
– За все годы унижений и страданий, – продолжал шептать Виктор на ухо, – за все отказы, за презрение... Попрощайся с ним.
Ледяные пальцы сдавили тонкую шею Марианны, и комната поплыла пятнами.
– Гер...ман... – хрипела она, и ей показалось, что глаза брата приоткрылись.
– Вот и всё, – твердо проговорил глава ордена.
Девушка теряла сознание, но продолжала бессмысленную борьбу. Пальцы сильнее сжимали горло, пока наконец всё вокруг не окутала тьма.
В комнату ворвался свежий воздух и пробежал нежным дуновением по коже. Марианна пришла в себя, но долго не открывала глаза, боясь того, что может увидеть перед собой. Воображение услужливо подсунуло образ бледного, почти бездыханного брата, и сердце болезненно сжалось. Несколько минут девушка пыталась разобраться, где находится, и, когда осознала, что лежит на чём-то мягком и нечто невесомое согревает её тело, медленно приоткрыла глаза. Широкая кровать с воздушным розовым балдахином бережно хранила её в своих объятиях. С балкона лился белый свет, и невесомые занавески плавно колыхались от легкого ветра. Разноцветные лампы, которые она так любила, украшали покои в тех местах, которые выбрала она сама. Рядом на тахте дремала нянюшка. Её растрепанные волосы печально свисали вдоль лица, а сгорбленная спина, казалось, согнулась ещё больше.
Марианна приподнялась на локтях и почувствовала, как болят руки, спина, но больше всего шея. Она коснулась тугих повязок и разочарованно вздохнула.
– Детка моя! Слава морским богиням, о, слава морским богиням!
Пожилая женщина кинулась к кровати, игнорируя хруст в коленях, и, прижав ладонь девушки к губам, тихо заплакала.
– Как ты себя чувствуешь? Где болит? Есть хочешь? Я прикажу принести всё самое свежее, что есть на кухне!
– Нет, не надо, – ответила Марианна и удивилась своему разбитому голосу.
– Лежи! Куда вскочила?!
– Я хочу встать...
– Но тебе нужно оставаться в постели! – Женщина заставила любимицу вернуться обратно под шелковое одеяло.
– Как он?
– Кто? – холодея, проговорила Агата.
– Как Герман?
Комнату будто окутала осязаемая печаль. Принцесса дернулась, ощущая, как внутри неё безвозвратно рвётся сердце, но мягкая рука нянюшки привела её в чувство, когда погладила по щеке.
– Он жив, – произнесла женщина, – но сильно ранен.
– Насколько сильно?
– Не настолько, чтобы отправиться к морским богиням!
Марианна расслабилась и даже получила удовольствие от нахождения в мягкой кровати – её кровати. Но мысли побежали дальше, так и не дав достаточно отдохнуть.
– А Виктор? – снова спросила девушка.
– Прах этого предателя отправили к морскому дьяволу! – громко заявила Агата, но после её слов в комнате стало душно.
– Он был нашим другом...
– Он был змеей на груди всего государства столько лет!
– Он часто помогал нам... И мне, и брату... А для мамы вообще был опорой все эти годы... Я не понимаю, нянюшка, как он мог так поступить?
– Кто знает, что было в его больной голове.
– Наверное, это мы виноваты...
– Что?! – ошеломленно открыла рот старушка.
