Вспышка серебристого света, и Виктор оказался посреди той самой пещеры. Пещера немного отличалась. Хоть очертания и сохранились в целом, некогда просторные своды во многих местах обвалились, кое-где виднелись ямы, отдалённо напоминающие кратеры взрывов. И всё-таки это была та самая пещера.
Он рассмеялся, и смех его эхом загулял между каменистыми наростами:
Плотоядная слизь, ощутившая агрессивное настроение новоприбывшего человека, начала преображаться. Состояние бесформенной движущейся лужи начало сменяться довольно неопределённой формой, отдалённо напоминающей поросший мхом желеобразный валун.
Виктор, недолго думая, замахнулся и впечатал крепко сжатый кулак в самый центр шевелящегося валуна. Рука вошла в тело слизи без малейшего сопротивления. Человек был готов к тому, что ему понадобится несколько ударов для уничтожения первого противника в этом новом неизвестном мире. Но он не был готов к тому, что его рука увязнет в этом грязно-зелёном копошащемся сгустке.
«Раса: человек. Сложность развития персонажа: высокая.»
Попытка стряхнуть неприятную массу не привела к должному результату. Слизь не спеша поглощала человека, она обволакивала мягкую, совсем ещё детскую кожу сантиметр за сантиметром. Все попытки избавиться от этого омерзительного существа, сопровождавшиеся звуками ожесточённой борьбы, привели лишь к тому, что Виктор стал выглядеть так, будто его окатили из ведра смешанной с чернозёмом зелёной краски.
«Раса: человек. Вероятность провала вступительного испытания: 99,2 %.»
«Внимание! Доступ к инкарнациям (возрождениям) заблокирован.»
Случайно оказавшийся в ныне безымянной пещере подросток к концу своей жизни случайно узнал, почему этих невзрачных бесформенных слизей зовут плотоядными. Эта невзрачная бесформенная слизь тоже кое-что узнала, потому что была не только плотоядной.
Некогда бесформенная, теперь значительно увеличившаяся в размерах слизь начала приобретать… форму. Сферическую форму. Цвет слизи тоже начал меняться. Окончательно сформировавшийся шар начал светлеть, он сменил несколько оттенков, и наконец преобразился. Теперь это была вполне оформленная сфера нежно-голубого оттенка.
Округлая голубоватая слизь с большим трудом издавала невнятные булькающие звуки, отдалённо напоминающие человеческий голос. Постепенно звуки становились всё чётче. Это продолжалось до тех пор, пока бульканье не начало походить на слова:
Голубоватая сфера подпрыгнула, вытянувшись в воздухе, и с громким шлепком приземлилась на неровную каменистую поверхность. Из тела слизи показались знаки. Нет, это были не просто какие-то знаки, это было довольно конкретное слово. «шлёп» — именно это было написано в выступавшем из тела плотоядной слизи белом облачке.
Слизь ещё немного попрыгала, выдавая в процессе различные надписи, такие как «плюх», «хлоп», «бултых», а иногда и просто «!», после чего совсем уже уверено произнесла:
