— Просто задумалась, ничего такого, — махнув рукой, ответила я. Напарника этот ответ более чем устроил, и он, плюхнувшись на диванчик, принялся сетовать на тётушку и покупателей. Вполуха слушая ворчание Ирвина, я лениво перелистывала страницы дневника.
— Как прошли твои выходные? — наконец спросил он, после того как выговорился.
— Ты не поверишь, — сказала я, загадочно улыбнувшись, отчего Ирвин придвинулся ближе и, подперев голову рукой, заинтересованно кивнул. Свой рассказ я начала с городской ярмарки, куда отправилась за покупками, и закончила таинственным амулетом Аэтернум. Напарник слушал меня внимательно, не перебивая, и лишь в конце Ирвин присвистнул:
— Ничего себе, интересно Вилмарты в курсе, что их внук и наследник грузит в порту бочки с рыбой.
— Наследник? — удивлённо спросила я.
— Ну да, ты разве не читала их биографию? — широко зевнув, лениво спросил Ирвин.
— Читала, но там большая семья, есть из кого выбрать, Киар-то тут при чём?
— Традиции, Лив, — сказал напарник с такой интонацией и выражением лица, будто ему приходится объяснять элементарные вещи. — Главой семьи, а также наследником всего состояния, дома и компании по праву первородства становится старший сын. Нынешний глава семьи Тобиас Вилмарт детьми не обзавёлся. Но его младший брат — Алистер Вилмарт, вместе с женой Селестой имели ребёнка — Уильяма Вилмарта, отца Киара. Но как ты знаешь, он погиб. Ещё в семье на попечении дети троюродной сестры, но их даже не рассматривают, слишком дальнее родство. Получается Киар ближайший кровный родственник и наследник.
— Во что мы вляпались... — тихо сказала я, прикрыв ладонью лицо. — Ирвин, об этом никто не должен узнать, особенно Киар.
— Думаешь, он переметнётся, узнав это? — обеспокоенно спросил напарник, почесывая за ухом.
— Нет, как раз наоборот. Он уедет подальше от Ринвера и этой семьи. Не забывай, именно из-за Вилмартов Аннета всю жизнь скрывалась, и похоже, небезосновательно, — мои пальцы нервно барабанили по гладкой поверхности стола, а мозг лихорадочно переваривал полученную информацию.
— А как же ваше обещание? — мне показалось, или Ирвин спросил с лёгкой издёвкой.
— Я помню, но такое не вываливают на человека, как требуху. И обязательно расскажу об этом, но немного позже, когда он будет готов, — как бы мне не хотелось быть честной с Киаром, но эта информация может сыграть злую шутку.
Напарник многозначительно посмотрел на меня, но согласился. Так, отложим терзания совести, сейчас у меня есть дела поважнее — завтра состоится церемония, и мне позарез нужно разговорить Вилмартов. Я вновь перечитывала оставленные накануне заметки. Н-да, видимо, я всё же неправильно сварила настойку, потому что эта писанина выглядела как бред сумасшедшего. Хотя признаться, одна хорошая мысль всё же имелась — попасть в дом и найти следы остаточной магии. Если Вилмарты что-то прячут, я быстро об этом узнаю. Нужно лишь напроситься в гости, но как это провернуть?
Я еле заметно улыбнулась. Что ж, придётся воспользоваться самой простой, но эффективной хитростью — говорить о собеседнике больше, чем о себе, не забывая при этом восхвалять его заслуги. Не могу сказать, что горжусь этим, но во время учёбы мне не раз приходилось прибегать к этому методу.
— Ирвин, а давай-ка ещё раз пройдёмся по истории города, я не должна завтра упасть в грязь лицом.
— Без проблем, Лив! — сказал напарник, отсалютовав мне рукой, и мы принялись за дело.
***
Церемония была запланирована на середину дня, чтобы все горожане смогли отвлечься от работы и прийти. Белоснежный, с красной крышей и прозрачными слюдяными окнами, маяк величественно возвышался, блистая своим первозданным видом. Шумные волны бились о каменистый берег, пенясь и бурля — завораживающее зрелище.
По просьбе госпожи Розалии мы с Ирвином явились за пару часов до начала, чтобы проконтролировать и в случае чего успеть исправить любую оплошность. День был ясным, но ветреным. Продрогнув, мы успели сбегать в крохотную чайную неподалёку, чтобы согреться. И вот, к назначенному времени люди стали стекаться.
Бургомистр явился в хорошем настроении, он был одет в парадный сюртук. На голове красовался неизменный цилиндр, а пышные усы лежали безупречно.
