- Один из моих давних знакомых поведал мне, что сия штуковина буквально появилась из ниоткуда, - отец Альберт повел указательным пальцем вокруг металлической литеры, избегая касаний. - Он трапезничал, когда раздался громовой хлопок - и будто бы даже была вспышка наподобие молнии. Вышел в сад и узрел, что его огородик разнесло в пух и прах, а посреди грядок лежит вот это. Он сразу же понял, что его познаний, а главное, компетенций недостаточно, чтобы изучить и хранить эту вещь... И предложил ее мне. А я, в свой черед, провел над ней ряд крайне любопытных экспериментов.
- И что они дали? - в голосе майстера инквизитора звучала неподдельная напряженность. Артефакт притягивал взгляд. Возникало смутное ощущение, что его необходимо взять в руки... Хотя бы просто прикоснуться. Сдерживаться получалось с трудом. Демонолог кинул на Курта неожиданно пронзительный взгляд.
- Эта вещь не из нашего времени. Не вполне уверен, что смогу объяснить, какими именно способами, но мне удалось установить, что создана она была - или будет? - через тридцать восемь тысячелетий.
- Сколько? - ошарашенно откинулся назад Курт. Даже легкое наваждение, порожденное странной литерой, отступило на второй план. Отец Альберт невозмутимо кивнул.
- Я тоже был впечатлен. Но результаты бесспорны. А что самое интересное - она дает возможность проникнуть взглядом в те далекие времена. Узреть наших потомков и их весьма... - он замялся, - небезынтересные деяния.
- Только взглянуть? - уточнил майстер инквизитор. - Никаких телесных перемещений?
- Абсолютно, - подтвердил expertus. - Мы словно видим глазами владельца этой вещи. Нет, мысли его прочесть невозможно - только зрение, слух, обоняние... Не желаете? - он неожиданно пододвинул шкатулку в сторону собеседника. - Это совершенно безопасно. И нет, это не проверка и не ловушка. Если что, разрешение остальных членов Совета мною получено, и даже в письменном виде.
На стол лег небольшой пергамент. Курт узнал подписи Сфорцы, Бруно, Висконти. Александер, естественно, отсутствовал. А отец Альберт сидел перед ним. Размышления были недолгими.
- А давайте, - махнул рукой опытный следователь с развитой паранойей. - Что нужно делать? Кстати, это нормально, что мне хочется прикоснуться к нему... к ней... к этой штуке?
- Именно так она и работает, - демонолог с интересом наблюдал за Куртом. - Вообще удивительно, что вы столь долго сопротивляетесь сему желанию. Впрочем, я в курсе вашей резистентности к сверхнатуральному... Но отбросьте сомнения. Если что - я рядом. Обещаю любую посильную помощь.
Курт молча кивнул и протянул руку. В последний момент кольнула ледяная иголочка опаски: а что, если... Но подозревать отца Альберта в намеренном злом умысле было так же неразумно, как и весь остальной Совет. Поэтому майстер инквизитор положил ладонь на артефакт и...
Он был оглушен, ослеплен, раздавлен и смят. Ноздри трепетали, обоняя тысячи незнакомых запахов. На языке оседала пыль, вкуса которой он не понимал. Он видел, слышал и ощущал телом вещи, которым сложно было подобрать имена. Он был кем-то, кем он до этого не был.
Курт стоял на холме, с которого открывался вид на долину, заполненную войсками. Ничем иным эти толпы, сражающиеся друг с другом, просто не могли быть. Где-то на горизонте двигались поистине титанические фигуры - какие-то гиганты тоже принимали участие в бою. То тут, то там земля между воинами вспухала грязными кустами разрывов, тела разлетались в стороны, теряя по пути конечности, головы и внутренности - и через какое-то время до слуха доносился мощный, громовой рокот. На самом деле, грохотало вокруг без остановки, просто эти звуки перекрывали все остальные.
Земля непрестанно дрожала под ногами, и Курт еле держал равновесие. Сзади что-то зарычало, и он непроизвольно обернулся. Какое-то существо... Нет, с изумлением осознал он, это не живая тварь, это какая-то чудная повозка, механическое диво - она ползла мимо, сопровождаемая тройкой таких же раздутых, блестящих металлом туш. Поверх десятка колес у повозки двигались металлические ленты, собранные наподобие пластинчатого доспеха - разумно, отстраненно подумал Курт, дает больше опоры на грязи, не завязнет и в песках. Самое удивительное, что тело, в котором он оказался, не испытывало страха перед этими громадинами. Видимо, привычное дело.
