После того, как мы достигли дома Леди Роуз, следовавшие за нами люди заняли позиции для наблюдения за домом. Они старались оставаться неприметными, но поскольку я уже мысленно следил за их движениями, у них не было особых шансов скрыться от меня.
— У тебя есть тихое место, где я могу работать, пока сюда не прибудут Марк и остальные? — спросил я у Роуз, когда мы зашли внутрь.
— Ты кажешься очень уверенным в том, что они на самом деле найдут нужного человека, — сделала наблюдение Роуз.
Я пожал плечами:
— У меня есть другие поводы для беспокойства. Худшее, что с ними троими может случиться — это если их обнаружат, и им придётся прорываться с боем, а с Харолдом это не станет для них проблемой.
— Разве это не испортит остальную часть твоего плана?
— Только если будут выяснены их личности, и если новости доберутся до дворца раньше завтрашнего утра. А учитывая присутствие Уолтэра, я не думаю, что это произойдёт, — ответил я.
Её глаза сузились:
— Ты хотел сказать, раньше, чем завтра, в три часа пополудни, так ведь?
— Нет, я имел ввиду — до трёх часов утра, — сказал я, натянуто улыбнувшись ей. — Мне правда нужно начинать. У тебя есть место, где я мог бы поработать? Мне нужен лишь стол, или верстак, и немного тишины.
Роуз вздохнула, но отвела меня в свой кабинет, и дала мне воспользоваться своим письменным столом. Потом она нашла свою горничную, Анджелу, и дала ей строгие указания, чтобы нас не беспокоили.
— Нас? — удивлённо спросил я.
— Да, я планирую за тобой приглядывать, — ответила она.
Я сел, и вытащил серебряное стило и две шкатулки.
— Как хочешь, — сказал я. — Лично я думаю, что тебе будет очень скучно.
Роуз села, и впилась в меня взглядом:
— Я сомневаюсь. Очень немногое из того, что ты делаешь, меня не забавляет.
После этого я её игнорировал, и принялся покрывать две шкатулки рунной диаграммой, которую я расчертил ранее. Это была базовая вариация на нечто уже созданное мною прежде, поэтому я не беспокоился о том, что она может не сработать — меня больше волновало то, что я могу допустить ошибку, и придётся начинать заново. У меня было недостаточно времени, чтобы тратить его впустую на исправление ошибок.
Прошло два часа, и я почти закончил, когда осознал, что мне нужно было кое-что ещё. Я отложил стило, и огляделся.
— Роуз… — медленно начал я, — у тебя есть какие-нибудь ненужные стеклянные бусы или украшения из гранёного стекла?
Она странно на меня посмотрела:
— Ты думаешь, у дворянок такие вещи просто валяются без дела?
Ранее я сталкивался с трудностью нахождения стекла в гранёной форме, или в виде бус, когда оно мне требовалось для создания взрывающихся железных шариков, которые я мог бы детонировать на расстоянии. На этот раз у меня было задумано другое применение, но мне всё равно нужно было что-то прозрачное и похожее на самоцвет.
— Это не обязательно должно быть стекло как таковое, — объяснил я, — просто что-то вроде стекла.
— Ты имеешь ввиду, что-то вроде самоцвета? — с озорной улыбкой сказала она.
Я нехотя ответил:
— Ну, да, но я бы не хотел использовать что-то настолько ценное.
— Господи, дорогой! Почему же ты сразу не сказал? Давай я проверю вон те подушки. Уверена, там должно быть несколько штук. Видишь ли, я их постоянно теряю, — с беспечным видом сказала она. — Ты предпочёл бы бриллиант, или что-то более цветное? — встала она, и притворилась, будто обшаривает сидения на одном из кресел в комнате.
— Очень смешно, — сухо ответил я.
Она выпрямилась:
— Кроме шуток, у меня нет тут никакого стекла, но есть несколько гранёных самоцветов, которые могут сгодиться. Если тебе придётся выбирать между рубином или сапфиром, то что ты предпочтёшь?
Я поглазел на неё с миг, прежде чем ответить:
— Ну, наверное, если бы пришлось выбирать… то рубин. Красный был бы для этого более подходящим цветом, я думаю. Но наверняка ведь есть что-то другое… — начал я, но она вышла из комнаты раньше, чем я смог её остановить. «Что это за женщина, у которой случайно завалялись гранёные самоцветы?» — молча гадал я.
Она вернулась минуту спустя, неся кольцо и вычурный нож для вскрывания конвертов. Она с помощью ножа отогнула мягкую золотую оправу, пытаясь высвободить из неё камень.
— Это что за кольцо? — встревоженно спросил я, и внезапно почувствовал себя глупо за мысли, что у неё на самом деле могли быть дома отдельные самоцветы. Очевидно, она собиралась вынуть камень из какого-то украшения.
Она повернула ко мне свою голову, и я заметил, что у неё из уголка рта торчал кончик языка, придавая её лицо чрезвычайно неподобающее для леди выражение, пока она сосредотачивалась. Я подавился смехом. Несколько секунд спустя камень освободился, и она поймала его, прежде чем он упал на пол. Положив его на мою ладонь, она снова заговорила:
— Это пойдёт?
У меня в ладони лежало нечто, являвшееся, похоже, объёмистым рубином квадратной огранки. Я мало что знал про камни, но я бы предположил, что он был размером не менее чем в три или четыре карата.
— Это сойдёт идеально. Ты уверена?
Её взгляд встретился с моим:
