Её брови сошлись вместе в озабоченном выражении:
— Если бы он только ненадолго пришёл домой. Может быть, я смогла бы вбить в его голову что-то вменяемое.
Я искренне сомневался, что приставания его младшей сестры помогут ему, но не осмеливался ей это сказать — вместо этого я использовал свои значительные способности к увиливанию, чтобы перефразировать свои мысли:
— Я не думаю, что выслушивание лекций твоего отца сильно ему сейчас поможет, — выдал я. Похоже, что всё же я приобретаю кое-какую мудрость с течением времени.
— Ты, наверное, прав, — согласилась она. — Останешься на ужин, или сразу вернёшься домой?
Честно говоря, я особо об этом не задумывался. Выезжая утром, я был полностью сосредоточен на том, как обращаться с Сайханом. Однако я был весьма уверен, что Пенни ждала меня тем вечером домой на ужин.
— Вообще-то я не планировал остаться так поздно. Но если ты хочешь, мы могли бы прийти на ужин завтра вечером. Уверен, Дориан также был бы рад поводу навестить свою мать, — ответил я. Дориан теперь жил с нами в Уошбруке, служа мне сенешалем и главным офицером.
— Роуз ещё живёт с вами? Если да, то тебе следует и её включить в этот визит, — добавила Ариадна, одарив меня широкой озорной улыбкой. Роуз Хайтауэр ей, похоже, нравилась — будучи юной девочкой, Ариадна ею восхищалась. Однако я подозревал, что у неё был какой-то скрытый мотив. Я не сомневался, что она замышляла свести Роуз и Дориана вместе. У Пенни были похожие мысли, хотя я не был уверен, что я одобрял их вмешательство — насколько я мог судить, эти двое были бы в полном порядке, если бы все оставили их в покое.
— Я и мечтать бы не смел её исключать, — вежливо ответил я. Наши ноги принесли нас к зданию, которое Джеймс построил для содержания телепортационных кругов, которые я создал в Ланкастере. — Должен с тобой попрощаться, мне надо назад. Я не ожидал потратить так много времени, стоя во дворе.
— Передавай привет Пенелопе. Я правда надеюсь, что вы оба сможете зайти к нам завтра на ужин, — ответила она.
— Я не могу вообразить что-либо, что смогло бы помешать нам нанести визит, — с улыбкой сказал я, а потом, подумав и произнеся слово, я телепортировался обратно в Замок Камерон.
Когда я вышел из ниши в Замке Камерон, зал был пуст. Вообще-то я почувствовал лёгкое облечение. В последнее время меня осаждали разные люди, которым я нужен был, чтобы принимать решение про то и про сё. Сам замок перенёс нашу недавнюю войну с небольшими повреждениями, помимо пробитой стены. Её починка продвигалась быстро, и довольно скоро я прикажу рабочим начать новую внешнюю стену, чтобы окружить быстро растущий город Уошбрук.
Если повезёт, я возможно смогу добраться до своей мастерской, не встретив никого, кому я нужен для принятия неотложных решений. Я присвоил себе отцовскую кузницу, и расширил её, чтобы она отвечала моим нуждам. Я сомневался, что когда-нибудь стану мастером-кузнецом, как он, но я всё же часто работал с металлом, и кузница была весьма кстати, когда я в ней нуждался. Для этого, возможно, было и несколько сентиментальных причин, но я пытался о них не задумываться.
Я помахал Сэсилу Дрэйперу, выходя из парадной двери донжона, и пошёл через двор. Однако удача от меня отвернулась — Сэсил оставил свой пост, и подбежал ко мне прежде, чем я смог пройти десть шагов в направлении кузницы.
— Милорд! Сэр Дориан попросил меня дать вам знать, что он вас искал.
Я остановился, и одарил его милостивой улыбкой:
— И где же в данный момент обретается мой друг? — спросил я. В тот момент я был очень не в настроении разбираться с Дорианом, но я всегда пытался быть вежливым, обращаясь с людьми, которые поддерживали меня, и от меня зависели.
— Он сказал, что будет в таверне, милорд, — быстро ответил Сэсил. Я кивнул, и сменил направление. Имелась ввиду таверна, которой заправлял и которую поддерживал Джо МакДэниел, добрый друг Дориана, также бывший главой городского ополчения. После того, как всё успокоилось, я отдал ему дом, в котором жили мы с Пенни (до того, как был закончен замок), и он сильно продвинулся в процессе переделки его в годную таверну.
Довольно скоро я заметил большую деревянную вывеску, на которой яркими красками была нарисована большая свинья, покрытая грязью. Артистичное исполнение было вдохновлено моей первой встречей с Бароном Арундэла, по случаю каковой я измазал себя грязью, чтобы оказать хорошее впечатление. Таверны традиционно имели простые названия, которые можно было представить в виде изображений, поскольку многие люди не умели читать. У этой под вывеской были аккуратно выведены слова «Грязная Свинья». Я был слегка смущён тем, что они выбрали мою встречу с Арундэлом в качестве названия для таверны, но надеялся на то, что скоро люди забудут, какое значение за этим названием скрывалось.
Я шагнул сквозь дверной проём, и позволил глазам привыкнуть к несколько более тёмному помещению — снаружи были сумерки, а внутри лампы ещё не зажгли. Вечерняя публика только-только начала собираться, поэтому я довольно легко заметил Дориана, сидевшего с краю бара.
