— Абсолютно, — в свою очередь заверил Сергей. — Если я рядом.
— Слуга вас проводит, — сказал патрикий. — А я — к гостям. Вежливость, — добавил он, извиняясь. — Велю приготовить твои носилки, сестренка. Не потеряйся.
— Не беспокойся, братец, уж я-то не потеряюсь, — заверила Юлия. — Идем же, мой герой!
Разместили нурманов в комнатах для слуг, но вполне комфортно. На полу никому спать не придется.
— Вас накормили? — спросил Сергей.
— Еще как! — ответил за всех Лука Ореус. — На сутки вперед.
Сергей оглядел его внимательно: нет, не пьян. Так, слегка навеселе.
— Не расслабляйся, декарх. Здесь у нас друзей нет.
Разговаривали они по-нурмански, потому Юлия не поняла ни слова. Да и не стремилась. Понятно же: скифский вождь строит подчиненных.
— Мне надо будет уйти, — сообщил Сергей. — Постарайтесь не разнести этот домишко. Нам тут не один день жить и кормиться.
— А как насчет девок? — спросил Хрейн Полукровка, бросив плотоядный взгляд на патрикию.
— Только если сами захотят. Грейп, я на тебя надеюсь! — Сергей бросил на свея многозначительный взгляд.
— Все будет правильно, хёвдинг, — пробасил тот. — Насильно никого не нагнем. Сколько людей с собой возьмешь?
— Думаю, двоих будет достаточно.
— Четверо! — безапелляционно заявил Грейп. — Не то Дёрруд мне кишки на столб намотает. Где он сам?
— Пирует, — усмехнулся Сергей. — Его право — первое.
— Кто бы спорил, — Грейп повернулся к воинам: — Вы четверо — с хёвдингом. И… — Он задумался. — Лодур, ты тоже. — И Сергею: — Если что нужно будет, пошлешь его к нам. Он быстроногий.
— Зачем тебе столько солдат? — спросила патрикия, когда сопровождающие определились. — Какой грабитель рискнет напасть на таких, как вы?
— Дело не в риске, — пояснил Сергей. — В наших краях риксу невместно ходить без сопровождения.
— А ты — рикс? — Юлия подняла подкрашенную бровку. — Мой брат не говорил.
— Я — князь (небольшое преувеличение не повредит) и сын князя. А князь — это все равно что конунг, или рикс по-вашему.
— Вот как? — Маленькая ручка в кружеве перчатки поправила край вуали, да так ловко, что наружу выскользнула прядка рыжих волос. — Не разделишь ли со мной носилки, рикс Сергий?
— С удовольствием!
Шестеро рабов-носильщиков (эти — без удовольствия!) воздвигли на плечи потяжелевший вдвое груз, и процессия двинулась. По осевой линии, разумеется. Народу на улице немало, но привилегированные сословия во все времена — привилегированные. Впереди — слуги с факелами, за ними — глашатаи с дубинками, орущие «Посторонись!», за глашатаями — окруженные дружинниками носилки. Так что да, сторонились, выкрикивая вслед всякие грубости. Но именно — вслед. С безопасного расстояния.
Внутри носилки патрикии оказались меньше, чем казалось снаружи. И сиденье было только одно — для самой хозяйки. Сергею пришлось разместиться на полу. Ну как на полу: на разбросанных по ковру подушках. Зато прекрасная возможность убедиться, что туфельки у патрикии обычные. То есть — без каблучков. Значит, она и впрямь высока. Но маленькие ножки изящны, а щиколотки тонки и гладки. Восковая депиляция в Византии была весьма популярна. И не только у женщин.
Надо полагать, Сергей и был приглашен в сей паланкин для того, чтобы продемонстрировать эти самые ножки, потому что расстояние между двумя домами было метров триста, не больше. Можно было и пешком пройтись. Теоретически.
Но — нельзя. Приличия не позволяли. Статус знатной дамы. Это как степному хану пешком ходить. Вышел из шатра, сел на коня, проехал пятьдесят шагов, слез с коня, вошел в другой шатер. Понты, которые стали традицией.
Дом патрикии снаружи выглядел не хуже резиденции ее брата, а вот внутри уступал. И размерами, и убранством.
Хотя экономией здесь тоже не пахло. Мрамор, мозаика, позолота, согнувшаяся в поклонах многочисленная прислуга.
— Размести их, — небрежно бросила Юлия рабу-дворецкому, указав на дружинников Сергея. — Пойдем, мой юный рикс.
— Лодур — со мной, остальным — отдыхать пока, — распорядился Сергей. — Тейт, разберись, кто и когда его сменит.
Болтун кивнул. Как всегда, немногословен.
— Пойдем же! — нетерпеливо бросила Юлия. Даже ножкой притопнула.
И они пошли. Первым — слуга с факелом, за ним — патрикия, потом Сергей, Лодур — замыкающим.
Огонь оказался кстати. Светильники на стенах не горели. Но даже при свете факела, который нес слуга, можно было разглядеть, что позолота местами облупилась, а фрески кое-где требуют реставрации. Старинному особняку не помешал бы косметический ремонт.
Фонтан в атрии тоже не работал. И это летом.
Зато бани были в порядке: мозаику обновили не так давно. В отличие от фонтана, немаленький бассейн был полон до краев. И со светом здесь тоже было нормально. Факелов не требовалось, шести светильников довольно.
Сергей ощутил острую потребность ополоснуться.
В кольчуге, даже при наличии шелкового белья и облегченного подкольчужника, византийским летом жарковато.
