— А я и не переживаю, — пробасил Хольмстейн. — Просто хотел убедиться, что его не прибьют.
— Убедился? — спросил Сергей.
— А то! — скопировал Дёрруда декарх. — Вперед, этерия!
Сергей подмигнул Рёреху. Будет весело.
Такие заведения одинаковы во всем цивилизованном или умеренно цивилизованном мире. Есть различия в мебели, посуде и меню, но это детали. Главное отличие: люди пришли сюда отдохнуть. Во всех смыслах. А еще клиентура традиционно делится на постоянную и пришлую. И постоянными были те самые прасины. Зеленые. И цвета об этом сообщали, и далекие от совершенства фрески на стенах. Гонок сегодня не было. Но все равно здесь можно было делать ставки. На будущее. Ну и прочие удовольствия: сыграть в кости, пощупать девку… Или не только пощупать. Две лестницы на второй этаж вели к местам уединения. На одной из них только что обосновался монах и принялся громко проповедовать. О кровожадных россах, что интересно. Мол, их полчища, вместе с прочими гогами и магогами, наслал на Византию Господь. За грехи. В первую очередь императорские. Где это видано, чтобы уважаемого патриарха отстраняли от поста за отказ венчать сластолюбца Льва! Да еще в четвертый раз! Сказано же, что жена у человека должна быть одна, и точка.
— Он что, серьезно насчет одной жены? — спросил Рёрех, худо-бедно разобравший смысл проповеди.
— Одна, — подтвердил Хольмстейн. — Венчаться только с одной можно по христианскому закону.
— А если не венчаться? — уточнил Рёрех.
— Тогда сколько потянешь.
— О! Я много потяну! — заявил Рёрех. — И призадумался, а потом произнес рассудительно. — От многих жен и беспокойство изрядное. Это же не наложницы. Вон у Вартислава их две, так он их по разным городам развел, чтоб не передрались.
— Умно, — одобрил Хольмстейн. — Хотя… Ты ж вроде христианин? Нет?
— Я варяг, — сказал Сергей. — И с женами не венчался. Взял по нашему обряду.
— Тогда ладно, — согласился декарх. — Тогда у церкви претензий… — Хольмстейн использовал латинское слово, — … не будет. Иерей тебе грех блуда на год вперед отпустит за пару милиарисиев.
Им принесли вино и большие деревянные тарелки с разнообразным мясом и морепродуктами. Ну и вино, конечно. Пару больших, литров на пять, кувшинов. Не сказать, что изысканная кухня, но сойдет. У франков Сергей примерно так и кормился. Правда, дары моря там поскуднее.
Проповеднику тоже принесли пожрать, и он заткнулся.
Вовремя. А то один из Хольмстейновых этериотов уже собрался его цензурировать. Кулачищем по макушке. Ишь что вздумал! Императора критиковать.
Таверна заполнялась. Уровень шума рос. В дальнем углу уже подрались. Несерьезно. Пара местных вышибал вмиг выкинула обоих за порог.
Кувшины опустели. Нурманы пили вино, как воду. Сергей старался не налегать. Но все равно в голове слегка зашумело.
Рёрех тоже не особо злоупотреблял. Заинтересовался соусами. То в один кусок мяса окунет, то в другой.
А вот монах нажрался. Прикорнул там же, на ступенях. Его, из уважения к сану, не трогали. Идущая наверх парочка просто перешагнула тельце борца за нравственность.
— Ну что, пора? — спросил Хольмстейн.
— Я покушал, — один из этериотов погладил себя по животу.
— Убийца, ты как?
Дёрруд сжал и разжал кулаки.
— Только вы помните: без оружия! — напомнил декарх варягам. — Лучше мечи здесь оставьте.
— А не украдут? — уточнил Рёрех.
— Вообще-то могут. Зеленые же.
— Тогда, пожалуй, пусть со мной побудет.
— Ну смотри. Только из ножен не доставай. Ничего острого! Даже ножом нельзя.
— Поняли уже, — проворчал Дёрруд. — Что теперь? В лоб кому-то дать надо?
— Не обязательно, — Хольмстейн поднялся, несколько раз хлопнул в ладоши, потом провозгласил: — Прасины — навозники! Кони у них — клячи облезлые! Венеты — побеждают!
На какое-то время наступила тишина. Народ переваривал сказанное. До многих доходило с опозданием. А вот до компании за соседним столом информация долетела относительно быстро. И шестеро коренных жителей зеленого квартала с ревом полезли из-за стола.
Сергей к началу замеса не успел. И Рёрех. Дёрруд тоже. Но Убийца и не спешил. Дожевал не спеша, допил, рыгнул с удовольствием. Звук отрыжки совпал с первым смачным ударом нурманского кулака. Трое этериотов-варангов ворвались в кучку пьяных ромеев, как касатка в нерпичью стаю. Недолгое бурление — и нет стаи. Только счастливые бородатые рожи.
Но то было лишь начало. Еще одна команда прасинов побросала деревянные кружки и устремилась в битву. Причем часть кружек полетела в этериотов.
Одну перехватил Дёрруд и вернул метателю. Тот, однако, в добрую нурманскую игру «поймай-верни» играть не умел. Поэтому только поймал. Лбом.
Сергей перемахнул через скамью, уклонился от кулака, слегка подправил траекторию тушки, и ромей, споткнувшись о скамью, нырнул под стол.
