Арлет почувствовала, как тяжелая клетка опасно покачнулась — пропасть, словно вакуум, всасывала в себя весь окружающий воздух. Но это было уже неважно, потому как вскоре на свет появилась главная причина происходящего крушения — прямо из чернильной темноты наружу поползли огромные деревянные корни. Как толстые щупальца, они пробивались наружу, безжалостно обвивая каменные обломки, и разрушая пол с такой легкостью, словно имели дело с обычным стеклом. Зрелище было столь масштабным, что казалось, зал настиг настоящий природный катаклизм. Четыре воздушных создания, сидящих на стульях, оставались при этом неподвижными, и наблюдали за происходящим с невозмутимым спокойствием.
А массивный разлом тем временем становился все шире, до тех самых пор, пока из узловатой, деревянной колыбели на свет вдруг не появился гигантский бутон. Да-да, это был именно бутон. Слегка вздрогнув, несколько мгновений он будто наслаждался долгожданным пространством, а затем величественно распахнулся бледно лиловым цветком удивительной красоты. Нежно покачиваясь в такт утихающего землетрясения, прямо на глазах у Арлет он обрел человеческие формы, и превратился в прекрасную деву, с ног до головы покрытую бархатными лепестками.
Ступив на покрошенную землю голыми ступнями, дева поплыла в сторону своего стула, наполняя зал удивительным ароматом и оставляя позади себя длинный цветочный след. Ее холодные, ярко-изумрудные глаза были опущены — двигаясь, она их ни разу не подняла. Скинув с себя последний лепесток, она провела пальцами по своим черным, как уголь, волосам, собранным на макушке в увесистый кокон. Затем она опустилась на предназначенное ей место, с абсолютно ничего не выражающим лицом. Взору Арлет открылось полуобнаженное тело, покрытое все теми же, напоминающими кожу, одеждами — где-нигде на них все еще виднелись кусочки коры.
Опустившись на стул, прибывшая, наконец, приподняла свой взгляд, а затем сдержанно кивнула в сторону уже присутствующих, тем самым поприветствовав их. Те, наблюдая за ней с интересом, иронично улыбнулись в ответ, не проронив при этом ни единого слова.
Тем временем из пропасти послышался яростный рев, и вслед за ним в зале появилось еще два создания, принося с собой новые, сотрясющие пространство волны. Под клеткой оказалось два громадных животных, гневно роющих землю своими безразмерными, волосатыми копытами. Как не странно, Арлет была знакома с каждым из них — бык, изображение которого можно было встретить на каждом втором логотипе, и горный козел, животное с длинными, острыми, как бритва рогами, которое обитало высоко в горах, и упоминалось едва не в каждой книге по зоологии.
Увидев этих животных в реальном мире, было бы трудно представить их в центре столь эпических происшествий, но чем дольше Арлет их разглядывала, стоящих у разлома во всем своем величии, тем яснее понимала, что к животному миру они не имеют никакого отношения. Их размеры, достигавшие величины грузовика, черная густая шерсть, покрытая неземным мерцанием, и каменная твердость, которая читалась в их изумрудных глазах, ясно говорили о том, что их происхождение сверхъестественное. И эти выводы лишь подтвердились, когда бык заговорил человеческим голосом.
— Мы прибыли, как и было договорено, Сирма, — обратился он к деве, которая первой появилась из недр земли.
Его грубый бас пронесся по залу оглушительным эхом, и под копытами его задрожали каменные осколки.
— Надеюсь, мы проделали это путешествие не зря, — добавил он, и оба зверя, покачивая могучими бедрами, направились в сторону стульев, стоящих рядом женщиной, которая еще недавно пребывала в облике растения.
Как и ожидалось, уже спустя миг фантастические животные преобразились, и Арлет увидела двух крупных, невероятно бледных мужчин, с черными, как смола, волосами, и телами, покрытыми густой растительностью. Они тяжело опустились на свои стулья, не удостоив воздушных гостей даже взглядом.
— Приветствую Эль-Нат, приветствую Нашира, — дождавшись, пока ее спутники окажутся на местах, ответила Сирма, — Я тоже очень на это надеюсь.
И все трое угрюмо осмотрели те стулья, которые все еще пустовали.
Арлет даже представить себе не могла, кто должен появиться следующим, но если верить подсчётам, их должно было быть еще шестеро — ровно столько оставалось свободных стульев в кругу.
Как только эта мысль пронеслась в ее голове, в водоеме — том самом, который она сперва восприняла за тень — началось движение. Черная вода в нем забурлила, а затем пошла широкими кругами, которые медленно, но уверенно перерастали в волны. Вскоре эти волны, выступив за границы водоема, стали плавно разливаться по всему периметру зала. Добравшись до разрушенной части пола, они мягко покрыли каждый обломок, а затем хлынули ручьем прямо вглубь бездны, смывая все, что оказывалось у них на пути. Под их наплывом длинные корни полезли обратно внутрь, а щель стала постепенно сужаться — казалось, вода залечивает нанесенные залу увечья.
