«История появления магического оружия перекликается с появлением первых магов. Процесс создания состоит из нескольких этапов. Первый и самый основной — поиск и подбор материала, из которого оружие будет сделано. Чаще всего это металл, но необычный. К каждой стихии или другому свойству нужно подбирать нечто свое, уникальное: нержавеющий — для воды, стойкий — для огня или непрогибающийся — для земли.
Следующий шаг — ковка, в процессе которой кузнец работает совместно с заклинателем. Один придает форму, а другой, в свою очередь, — магическую силу. Оружие выйдет бесполезным и слабым, если усилия этих людей не будут равны. Только работая в паре, они могут создать что-то поистине шедевральное.
Пользование магическим оружием расходует духовную энергию человека. Чем он сильнее и выносливее, тем больше сможет выжать из своего орудия. В последнее время подобных вещей стало чересчур много. Думаю, это связано с возникновением Рунной магии, вместе с которой появились и рунные начертатели, прикладывающие минимум усилий для создания зачарованного оружия и штампующие его, как горячие пирожки. О качестве таких боевых изделий и говорить не приходится. Каждый считает себя «мастером», но не каждый это сможет доказать. Именно поэтому Фестиваль мастеров Армы — хороший повод продемонстрировать все свои силы на практике».
— И ты действительно планируешь стать новым Магистром? — спросила Мирана.
— Ну, моя цель немного иная, но суть та же — дойти до конца.
Зеленые глаза задумчиво глядели в пламя. Мирана еще толком не свыклась со своим решением принять участие в турнире. Она была примерной ученицей, её обознанности в области многих наук, в том числе и магических, нет равных среди сверстников. Но она сомневалась и боялась; её терзали сомнения — сможет ли она применить все эти знания на практике, пройти как можно дальше и выжить, в конце концов.
Разговор прервал испуганный писк Антии. Девушка, разглядывавшая стены пещеры, попятилась назад, к друзьям. Леденящий ветер, прорвавшийся в убежище, потушил догоравшие поленья. Густая пелена, подобно змее-охотнице, подступила, подползла к ногам путников, сковывая своей тяжестью их движения. Поднявшись, Герц поспешно сделал последнюю тягу из трубки и засунул её куда подальше.
Маленький сгусток пламени, образовавшийся в ладони парня, вернул пещере тускло-красный тон. Перед троицей появился силуэт, костяк которого сформировался из бледно-морозного тумана. С каждой секундой его изуродованный и пробитый череп становился все выразительнее, а тонкие избитые кисти рук медленно потянулись к девушке, желая прикоснуться к теплой плоти. Страх пронизывал Антию до самого сердца, она вновь закричала и шагнула назад, но оступилась и упала. Мерзлая ладонь духа почти схватила свою жертву за лодыжку, но тут между ними не встал Герц.
— Что ты сделала? — испуганно спросила Мирана у подруги.
— Да ничего! Я просто читала эти клятые иероглифы и рассматривала настенные картинки! — истерически ответила та.
— Ну и что ты такое? — крепко сжимая рукоять обнаженного меча, молвил бродяга.
— Ваша погибель, — прохрипело существо.
В костлявой руке возник длинный меч, которым он резко покусился на парня, но тот вовремя увильнул и нанес ответный удар, также не увенчавшийся успехом. Кулак, пытавшийся поразить челюсть, прошел сквозь неё. Кожаная перчатка покрылась небольшим слоем льда.
Мирана, мысленно поблагодарив товарища за выигранное время, закончила приготовления. Вырисовав в воздухе несколько рунных знаков, волшебница обрушила на неживого сильный поток воды, однако он тоже прошел сквозь него. Дух заскрипел челюстями, словно насмехался над жалкими попытками участников убить его.
Он рассекал пустоту своим нематериальным оружием и леденящей волной подступал к Антии. Брюнетка провела пальцами по затуманенной земле, пытаясь ответить обидчику своим заклинанием. И это сработало. Если бы у духа были настоящие глаза, он явно выказал бы ими удивление. Его клинок, руки, ребра и черепушку оплели толстые ростки дерева и плотные виноградные лозы. Хранитель впервые видел подобную магию.
— Твое жалкое заклинание не сможет остановить меня! — пробормотал тот, пытаясь вырваться. Живые оковы начали замерзать.
— Челюсть-то прикрой! — посоветовал Герц, пронзая полуторником нематериальную грудную клетку противника. Кости существа затрещали, как тонкий речной лед, и стали исчезать, превращаясь обратно в пелену.
— Э-этот меч… Я чувствую его злую д-душонку… Н-нет! — из последних сил кричал дух, пока не пропал вовсе. Путники решили немедленно выбраться наружу, чтобы ненароком не наткнуться на кого-либо еще.
Снежная вьюга прекратилась, а серые тягучие облака слились с багровым закатом, пробивавшимся через мелкие просветы.
— Хочу поскорей выпить в какой-нибудь таверне, черт побери! — жалобно ругнулся Герц, вызвав у девушек легкий смех.
