– Мне хотелось слышать остальное, – сказал он. – Мне бы хотелось бы слышать каждое слово, которое ты можешь сказать о ней, до самого конца. Но время, страшно бегущее время уходит. Может быть, они уже теперь обвенчаны.
– Что вы хотите делать? – спросил Бэшуд-младший, вставая между отцом и дверью.
– Я иду в гостиницу, – сказал старик, стараясь пройти мимо сына. – Я хочу видеться с мистером Армадэлем.
– Для чего?
– Для того чтобы рассказать ему все, что ты рассказал мне.
Он остановился, дав этот ответ.
Вновь улыбка торжества появилась на его лице.
– Мистер Армадэль молод, перед мистером Армадэлем вся жизнь впереди, – сказал он, цепляясь за руку сына своими трепещущими пальцами. – Что не пугает меня, испугает его.
– Подождите, – сказал Бэшуд-младший. – Вы уверены по-прежнему, что на ней женится мистер Армадэль?
– Да, да, да! Пусти меня, Джемми, пусти меня!
Шпион стал спиной к двери и с минуту соображал.
Армадэль был богат. Армадэля (если и он также не сошел с ума) можно было заставить заплатить большие деньги за сведения, которые спасут его от бесславного брака с мисс Гуилт.
«В моем кармане может очутиться фунтов сто, если я сам примусь за это дело, – думал Бэшуд-младший. – А мне не достанется и полпенни, если я предоставлю это отцу».
Он взял шляпу и свою кожаную сумку.
– Может ли сохранится все рассказанное в вашей старой, пустой голове? – спросил он с самым непринужденным видом. – Где вам! Я отправлюсь с вами и помогу вам. Что вы думаете об этом?
Отец с восторгом бросился на шею к сыну.
– Джемми… – сказал он прерывающимся голосом, – ты так ко мне добр. Возьми оставшийся билет, друг мой, я как-нибудь обойдусь без него, возьми оставшийся билет.
Сын распахнул дверь настежь и великодушно повернулся спиной к бумажнику, который подавал ему отец.
– Черт побери, старичок! Я не такой корыстолюбивый, – сказал он с притворно глубоким чувством. – Спрячьте ваш бумажник и пойдем.
«Если я возьму последний пятифунтовый билет моего почтенного родителя, – думал он, спускаясь по лестнице, – может быть, он захочет взять половину, когда увидит деньги Армадэля!»
– Пойдемте же! – продолжал он. – Мы возьмем кэб и поймаем счастливого женишка, прежде чем он отправится в церковь!
Они наняли кэб и поехали в гостиницу, которая была местопребыванием Мидуинтера и Аллана. Как только дверца кэба закрылась, Бэшуд тотчас вернулся к мисс Гуилт.
– Расскажи мне остальное, – сказал он, взяв сына за руку и нежно поглаживая ее. – Будем говорить о ней всю дорогу до гостиницы. Помоги мне провести это время, Джемми, помоги мне провести это время!
Бэшуд-младший был очень весел в надежде увидеть деньги Армадэля. Он до самого конца забавлялся над беспокойством отца.
– Посмотрим, помните ли вы то, что я вам говорил, – начал он. – В этой истории есть одно действующее лицо, которое исчезло без всякого объяснения. Можете вы сказать мне, кто это?
Он рассчитывал на то, что отец его не будет в состоянии ответить на этот вопрос, но память Бэшуда во всем, что относилось к мисс Гуилт, была так же ясна и тверда, как у его сына.
– Мошенник-иностранец, который подучил ее и заставил выгородить его, рискуя ее собственной жизнью, – ответил он без малейшей нерешительности. – Не говори о нем, Джемми, не говори о нем!
– Я должен говорить о нем, – возразил тот. – Ведь вы хотите знать, что стало с мисс Гуилт, когда она вышла из тюрьмы? Очень хорошо, я могу вам рассказать. Она стала миссис Мануэль… Не к чему таращить на меня глаза, я это знаю официально. В конце прошлого года к нам в контору пришла одна иностранка с доказательствами, что она была законно обвенчана с капитаном Мануэлем, когда он в первый раз приехал в Англию. Она только недавно узнала, что он опять здесь, и имела причину предполагать, что он женился на другой женщине в Шотландии. Наши люди навели необходимые справки. Сравнение дат показало, что шотландский брак был заключен именно в то время, когда мисс Гуилт оказалась свободной. Дальнейшие расследования показали нам, что вторая миссис Мануэль была не кто иная, как героиня знаменитого уголовного процесса и – мы этого тогда не знали, но знаем теперь – ваш очаровательный друг мисс Гуилт.
Голова Бэшуда упала на грудь. Он крепко сжал свои трепещущие руки и молча ждал продолжения рассказа.
