С чувством удовлетворения Ридас вошел в древний замок, куда ему был открыт доступ. Оставалось последнее испытание – заставить гору отвергнуть Рока. Это произойдет, когда двойник и жертва, столкнувшись, падут с вершины. Ридас был уверен, что Рок попытается свергнуть своего двойника.
Так и случилось. Он наблюдал из-за двери, как они бросились друг на друга и рухнули вниз. Ридас тихо рассмеялся, входя в покои Рока. Теперь он был хозяином горы.
– Радуешься? – прозвучал голос за его спиной. Ридас вздрогнул и обернулся. В дверях стоял Авангур.
– Как ты сюда попал? – с досадой спросил Ридас.
– Так же, как и ты вошел, – невозмутимо ответил Авангур. – Гора теперь ничья. Я пророк Творца, и мне открыт доступ всюду, если не наложен запрет.
– Ты зачем пришел? – нахмурился Ридас. – Хочешь захватить гору?
– Вот еще, больно надо, – усмехнулся Авангур. – Я пришел сказать тебе, что гору ты захватил и Рок низвергнут. Но он не погибнет. Он наберет силу и вернется.
– Как он наберет силу? – недоверчиво переспросил Ридас.
– Неужели ты не понимаешь? Он не может черпать силы из горы, но у него есть столбы в степи. Они дадут ему благодать, и он вернется сюда. Он не дурак и не станет больше тратить силы на двойника. Он использует его для своих целей, и я даже догадываюсь как. Двойник со временем уйдет к себе. А пока Рок жив и не ушел в лабиринт, ты не сможешь получать благодать с его горы.
Ридас раздраженно зашагал по холлу, затем резко остановился и посмотрел на Авангура.
– Но ты же прибыл не только для того, чтобы сообщить мне об этом? – спросил он.
– Все верно, Ридас. Столбы Рока находятся в степи, и их много. Вся благодать с них будет стекаться к нему и на его новую гору. Я дам тебе совет: столбы посвящены лично Року, и ты не сможешь брать с них благодать. Но ты можешь лишить их благодати, идущей с горы. Прикажи прекратить ее подачу.
Ридас замер в раздумьях. Слова Авангура пронзили его сознание, словно кинжал, и он, не колеблясь, отдал приказ, лишивший столбы магической силы. Распахнув окно в пространстве, он увидел, как в степи живые изваяния на столбах исчезают, а жрецы-орки мечутся вокруг, тщетно пытаясь вернуть их к жизни.
– Есть еще одна проблема, – раздался голос Авангура, наполненный мрачной решимостью. – Гора не даст тебе благодати, как не дала ее Худжгарху гора Беоты. Рок не сможет вернуться сюда, пока не наберет силу и не избавится от двойника. Это займет не одну сотню лет. Он вынужден начинать все сначала. Ты получаешь моря и океаны, но обещал мне свободу на островах.
– Да, – ответил Ридас, его голос дрожал от напряжения. – Иди и займись своими делами. И спасибо.
Авангур исчез, оставив Ридаса наедине с безмолвной горой, которая теперь казалась безжизненной. Он бродил по залам, осознавая тщетность своих усилий, и с тяжелым сердцем отправился на островок, ставший его последним пристанищем.
Неожиданно его встретил знакомый силуэт.
– Ты? – Ридас не мог скрыть удивления. – Жирдяй? И что ты тут делаешь?
– Меня Судья назначил хранителем морей и океанов, Ридас. Что
Ридас бросился на него с кулаками и воплем «Пошел прочь, самозванец!», но Мустар лишь взмахнул рукой, и вихрь песка поднял его в воздух, зашвырнув под землю. Он упал рядом с чьими-то ногами, откашливаясь и пытаясь прийти в себя.
– Посейдон? – прохрипел он, оглядываясь. – Ты? Где мы?
– В Аду, – раздался голос из темноты. Ридас обернулся и увидел Рохлю и Кураму, стоящих рядом.
– В каком Аду? – растерянно спросил он.
– В том, куда попадают провинившиеся, – ответил Курама. – Только я не вижу тут Беоты и Рока. Где они, Ридас?
– Беота исчезла вместе с тобой, Курама, а Рок низвергнут на землю и отрезан от горы, – произнес Ридас, чувствуя, как его голос дрожит от напряжения.
– Что? – воскликнул Курама, его глаза вспыхнули радостью. – И кто это его так ловко подрезал?
– Я, – ответил Ридас, ощущая, как внутри него поднимается волна ярости.
– А ты как тут оказался? – спросил Рохля в недоумении.
– Меня сюда отправил Жирдяй, – ответил Ридас, – он стал хранителем морей и океанов.
– А как же я? – спросил Посейдон, его голос был полон гнева и обиды.
– А ты просто сдохни, старый огрызок, – прорычал Ридас, его глаза сверкнули ненавистью. Он не успел договорить, как сильный удар сухощавого кулака сбил его с ног. Посейдон начал яростно избивать его, выкрикивая проклятия и обвинения.
Курама и Рохля наблюдали за этой сценой с бесстрастным выражением лиц, словно зрители в театре, наслаждающиеся представлением.
Когда лера Манру-ила увели, Тора обратилась к Аврелии:
– Что скажешь о лере Манру-иле?
Девочка с легкой ноткой удивления спросила:
– О том, что сидел здесь?
Тора терпеливо кивнула. Аврелия, уже доказавшая свою способность видеть прошлое и иногда предсказывать будущее с удивительной точностью, не могла ошибиться.
