Глаз ищет формы, идеи, ждёт её, а взамен натыкается на заплесневевший хлеб природы или на каменный пирог.
Зубы зрения крошатся и обламываются, когда смотришь впервые на армянские церкви.
Армянский язык – неизнашиваемый – каменные сапоги. Ну, конечно, толстостепенное слово, прослойки воздуха в полугласных. Но разве всё очарованье в этом? Нет! Откуда же тяга? Как объяснить? Осмыслить?
Я испытал радость произносить звуки, запрещённые для русских уст, тайные, отверженные и, может, даже – на какой-то глубине постыдные.
Был пресный кипяток в жестяном чайнике, и вдруг в него бросили щепоточку чудного чёрного чая.
Так было у меня с армянским языком.
Я в себе выработал шестое – «ара-
ратское» чувство: чувство притяжения горой.
Теперь, куда бы меня ни занесло, оно уже умозрительное и останется.
умозрительный – абстрактный, отвлечённый
камилавка – маленькая шапочка, облегающая голову
Аштаракская церковка – самая обыкновенная и для Армении смирная. Так – церквушка в шестигранной камилавке с канатным орнаментом по карнизу кровли и такими же верёвочными бровками над скупыми устами щелистых окон.
Дверь – тише воды, ниже травы.
Встал на цыпочки и заглянул внутрь: но там же купол, купол!
Настоящий! Как в Риме у Петра, под которым тысячные толпы, и пальмы, и море свечей, и носилки…
Кому же пришла идея заключить пространство в этот жалкий погребец, в эту нищую темницу – чтобы ему там воздать достойные псалмопевца почести?..
…В Эривани Алагёз торчал у меня перед глазами, как «здрасте» и «прощайте». Я видел, как день ото дня подтаивала его снеговая корона, как в хорошую погоду, особенно по утрам, сухими гренками хрустели его нафабренные кручи.
нафабренный – устар. покрашенный, намазанный фаброй; фабра – краска для чернения волос, усов, бороды
увесистый – очень тяжёлый, имеющий большой вес
И я тянулся к нему через тутовые деревья и земляные крыши домов.
Кусок Алагёза жил тут же, со мной, в гостинице. На подоконнике почему-то валялся увесистый образчик чёрного вулканического стекла – камень обсидиан. <…>
Улыбка пожилой армянской крестьянки неизъяснимо хороша – столько в ней благородства, измученного достоинства и какой-то важной замужней прелести.
Кони идут по диванам, ступают на подушки, протаптывают валики. Едешь и чувствуешь у себя в кармане пригласительный билет к Тамерлану.
<…> Изредка конь нагибался в траве, и шея его выражала покорность упрямлянам, народу, который старше римлян…
6.14. Выделите словесные образы и скажите, какие из них произвели на вас наиболее сильное впечатление, поразили точностью, поэтичностью.
6.15. Составьте цепочку из опорных словесных образов в данных отрывках. Назовите 2–3 предложения, которые наиболее полно передают содержание отрывков «Аштарак» и «Алагёз».
6.16. Назовите эпитеты, сравнения, гиперболы, использованные в описании: а) «неба земли Араратской», б) села Аштарак, в) армянских церквей; г) армянского языка; д) горы Алагёз.
6.17. Какие фразы, словосочетания, слова позволяют почувствовать Армению такой, какой её увидел автор (ср., например: «служение облаков Арарату», «зубы зрения крошатся и обламываются, когда смотришь впервые на армянские церкви» и др.)?
6.18. Объясните, какие лексические и морфологические средства выразительности использованы при описании маленькой церкви в Аштараке? Какую роль в художественном описании выполняют суффиксальные формы существительных, ср.: