Таким образом, артиллерийская часть у нас находилась в это время во всех отношениях в переходном состоянии, и чтобы привести ее сколько-нибудь в удовлетворительное положение, нужны были многие годы настойчивых усилий и весьма крупные денежные средства. Размер предстоявших огромных расходов в то время трудно было определить даже приблизительно, тем более, что самое развитие военной техники не останавливалось; с каждым годом возникали новые требования и новые расходы. При тогдашнем неблагоприятном положении наших финансов нельзя было рассчитывать, чтобы потребные громадные суммы были отпущены сразу или в короткий срок; необходимо было рассрочивать расходы на продолжительный период времени; а потому наше Военное министерство лишено было возможности принять на себя ответственность за скорое приведение артиллерийской части в уровень с ее состоянием в других государствах европейских.
Относительно управления артиллерийскою частию предполагались значительные перемены, как в центральном, так и в местном. Вопрос о слиянии департамента Артиллерийского со штабом генерал-фельдцейхмейстера возбужден был самим Государем еще в 1858 году; но учрежденная в то время по Высочайшему повелению особая комиссия для составления проекта означенного слияния встретила в своей работе многие затруднения, в сущности потому только, что генерал-фельдцейхмейстеру приходилось отречься от некоторой доли своей самостоятельности и независимого положения относительно военного министра. Дело было крайне щекотливое; я должен был вести его весьма осторожно, дабы не восстановить против себя обоих Великих Князей (Николая и Михаила Николаевичей), так как вопрос равно касался и части инженерной.
Затем предстояло разработать и новую организацию местных артиллерийских управлений в связи с предположенною общею военно-окружною системой. Не предрешая подробностей будущей организации, я ограничился заявлением своего мнения о возможности упразднения некоторых из существовавших инстанций, а следовательно, упрощения хода дел и отчасти сокращения расходов.
Инженерная часть. Число укрепленных пунктов на европейской нашей границе было незначительно, сравнительно с другими европейскими государствами. На всем протяжении от Финляндии до Азовского моря мы имели всего 16 крепостей, в том числе 7 приморских и 9 сухопутных.
Приморские крепости были: на Балтийском побережье -Кронштадт, Выборг, Свеаборг, Ревель и Динамюнде; на Черноморском – Керчь и Николаев. Стратегическое значение этих пунктов было обсуждаемо в последнее время особым комитетом под председательством генерал-адмирала Великого Князя Константина Николаевича. В дополнение к существовавшим укрепленным пунктам комитетом предложено было вновь укрепить вход в Днепровский лиман.
Из сухопутных крепостей пять находились в Царстве Польском: Новогеоргиевск, Александровская цитадель в Варшаве, Ивангород, Замостье и Брест-Литовск; одна – на южной границе – Бендеры, три во второй линии – Динабург, Бобруйск и Киев. Крепости эти сооружались в разное время и на основании разновременных стратегических соображений. Так, укрепленные пункты в Царстве Польском были определены преимущественно под влиянием польской революции 1830 года, когда наше правительство смотрело на Царство Польское как на передовой бастион, выдвинутый клином в центр Европы и когда главною заботою было – стать твердою ногой на этой угрожающей позиции. При этом, по-видимому, не принималась в соображение возможность нового вражеского нашествия на Россию в случае коалиции континентальных держав против нас. В подобном случае положение выдвинутых вперед крепостей Царства Польского представило бы значительные невыгоды: крепости эти, поглощая для своей обороны значительную часть войск, настолько же ослабляли наши действующие силы; между тем передовая наша армия на Висле может быть обойдена с обоих флангов превосходными силами коалиции, не встречающими ни одного укрепленного пункта до Западной Двины и Днепра.
Соображение это, естественно, наводило на мысль о необходимости дополнения нашей системы обороны возведением некоторых новых укрепленных пунктов, как между прусскою границей и Двиной, так и на юге, между австрийскою границей и Днепром, то есть осуществлением тех предположений, которые входили в планы, начертанные еще в царствование Императора Николая I, и остались без исполнения. Но прежде, чем приступить к новым фортификационным сооружениям (на которые не было у нас денежных средств), главною заботой нашей было -довершить и усовершенствовать существовавшие крепости. Несмотря на затраченные уже на постройку их громадные суммы, ни одна из них не могла считаться законченною; а некоторые были совсем не в состоянии обороняться «.
