Необходимо было всеми силами налаживать производство. Но отныне не могло быть и речи о революционных методах в решении этого вопроса. В работе оружейных мастерских был установлен строгий порядок. Императорский декрет от 8 вандемьера XIV года (30 сентября 1805 г.) предписывал: «Никакой предмет вооружения или его часть, каково бы ни было его предназначение, не может быть произведен где-либо, кроме как на Императорских оружейных мануфактурах, и только с предварительного разрешения военного министра»4. В результате большой организационной работы качество ружей, сабель и пушек снова стало образцовым, зато в количественном отношении Франции трудно было достигнуть уровня производства периода кровавого революционного террора. Так, например, в 1806 г. французские мануфактуры дали лишь 146 тыс. ружей. Император распорядился, чтобы производилось 200 тыс. ружей в год, однако в последние годы Империи даже и этого количества стало недостаточно. В кампанию 1812 г. было утрачено около полумиллиона ружей, а в 1813 г. - около двухсот тысяч. Потому к моменту неприятельского вторжения 1814 г. в вопросе снабженности вооружением Франция снова оказалась в ситуации, напоминающей начало революционных войн. 25 ноября 1813 г. Император писал: «Трудно быть в положении более тяжелом, чем мы, в отношении ружей. Необходимо немедленно приказать изъять ружья у драгун
Несмотря на эти трагические обстоятельства последних месяцев существования Империи, нельзя не отметить, что в общем наполеоновская армия была снабжена достаточным количеством оружия. Особенно это хорошо видно в отношении артиллерийских орудий: как уже отмечалось, в 1805 г. французская артиллерия имела в наличии 21 938 стволов.
Учитывая же продолжающееся интенсивное изготовление орудий в период Империи, потери в ходе кампаний с лихвой перекрывались имевшимися резервами.
С тех пор как в начале XVIII в. знаменитый французский инженер-фортификатор Вобан сделал простое, но гениальное изобретение — штыковую трубку, позволившую крепить штык к ружью, которое не теряло при этом возможность стрелять, а также усовершенствовал ударно-кремневый замок, сделав его простым и надежным, - кремневое ружье со штыком становится, без всякого сомнения, основным и фактически единственным оружием пехотинца. Ружье с вобановским замком практически сразу же было принято на вооружение всеми европейскими армиями и просуществовало без серьезных изменений почти полтора столетия! Во Франции начиная с 1717 г. последовательно принимались на вооружение различные его модификации. Последней, введенной незадолго перед Революцией, была модель 1777 г. Фактически с этим ружьем французские пехотинцы и прошли все войны Революции и Империи. Хотя в 1801 г. (IX году Республики) оно и было немного усовершенствовано, изменения касались лишь нескольких деталей и были незначительными (см. фото на след. стр.), поэтому, несмотря на официальное название - «ружье 1777 г., модифицированное в IX году», - его почти везде, в том числе и в официальной корреспонденции, продолжали называть просто «ружье модели 1777 г.». Как уже отмечалось, во время острой нехватки оружия появилось так называемое «ружье республиканской модели № 1», но оно было ничем иным как ружьем образца 1777 г., изготовленным более небрежно и с использованием ряда деталей от ружей предыдущих систем - 1763 и 1764 гг.: «то была смесь, которую породили и заставили временно терпеть обстоятельства Революции»7.
Поэтому, рассматривая огнестрельное оружие пехоты армии Наполеона, мы будем говорить лишь о «ружье 1777 г., модифицированном в IX году». Его основными параметрами были следующие:
общая длина 1,52 м;
длина ствола 1,137 м;
вес 4,646 кг;
калибр 17,5 мм;
стоимость (в зависимости от времени и места производства) 24-34 франка;
штык со штыковой трубкой:
общая длина 48 см;
длина клинка 40 см;
вес 0,33 кг;
вес пули:
до Революции 25,5, г,
после Революции 23,0 г
