Непроста и тяжела была судьба польских легионеров в рядах французской армии. Вслед за первым польским военным формированием – легионом Домбровского (разделенным в марте 1797 года на два легиона), последовало создание в сентябре 1799 так называемого Дунайского легиона в составе Рейнской армии. Последний был также сформирован из поляков, командовал им генерал Княжевич.
Легионы Домбровского понесли огромные потери в кампании 1799 года в Италии. В битве под Треббией (17–19 июня 1799 года) гренадерский и стрелковый батальоны 1-го легиона были фактически уничтожены. Но особенно горестным для поляков было то, что при сдаче Мантуи французский генерал Фуассак-Латур, чтобы выгадать себе лучшие условия капитуляции, фактически предал польских солдат. В то время, как французские части получили право свободного выхода из крепости и ушли с оружием в руках к своим, поляки, шедшие в хвосте колонны, были остановлены австрийцами, разоружены, закованы в цепи и пороты кнутом, как дезертиры из австрийской армии.
В конце 1801 года по заключению Люневильского мира все польские отряды, сосредоточенные к этому времени в Италии и на юге Франции, были переформированы в три пехотные полубригады – две из которых (остатки «итальянских» легионов) были переданы на службу Итальянской республике, а третья под номером 113-я вошла в ряды французской армии, наконец, через некоторое время была сформирована под номером 114 еще одна полубригада из поляков. Участь последних полубригад была еще более трагичной, чем участь их предшественников. В «благодарность» за верность и отвагу поляков французское правительство послало 113-ю и 114-ю полубригады на о. Сан-Доминго подавлять восстание негров. Две трети личного состава польских полубригад умерло от тропических болезней и погибло в боях, многие попали в плен, и только 160 человек вернулись в Европу.
С. Летин. Рядовой элитной роты полка Вислинских улан (1808–1812).
Новые войны на континенте опять заставила Наполеона вспомнить о польской отваге. В сентябре 1806 года из пленных солдат прусской армии, поляков по национальности, была образована новая часть, так называемый Северный легион, судьба которого была куда более завидной, чем у его предшественников. После участия в кампании 1807 года личный состав легиона был влит в ряды недавно созданной армии герцогства Варшавского. Часть офицеров, прежде всего французского происхождения, возвратилась на службу Франции.
Впрочем, создание польского государства не прервало историю польских частей в рядах императорской армии. Напротив, в апреле 1807 года, декретом, данным в лагере под Финкенштейном, Наполеон создал, пожалуй, самое знаменитое польское формирование на французской службе – полк шеволежеров-улан Императорской гвардии. А еще через несколько месяцев, в 1808 году, в ряды французской армии возвращается польский легион, бывший последовательно на службе Итальянской республики, Итальянского королевства, Неаполя, а затем Вестфалии. На этот раз польская часть получает название Вислинский легион.
Сражение при Сомо-Сьерре (30 ноября 1808 г.)
И шеволежеры-уланы гвардии и вислинцы станут поистине легендарными войсками. Ушли в прошлое те времена, когда, стесняясь присутствия поляков на французской службе, в связи с наступившим на континенте миром, их выслали драться с неграми на Гаити. Войны с Австрией, Пруссией и Россией, да и сам факт возвращения польской государственности отныне лишали Наполеона необходимости церемониться в этом вопросе. Наконец, император был просто по-человечески тронут тем бурным, восторженным приемом, который был ему оказан в Варшаве в декабре 1806 года. Привычный к выражениям восторга и торжества, он тем не менее поразился увиденному на праздниках, данных в его честь, он открыл для себя это «блистательное общество, полное рыцарства и утонченности, народ, столь близкий по духу французам, что, как он заметит, здесь все французские достоинства и недостатки доведены, кажется, до их крайних форм. Веселые танцы, мазурки под звук скрипок, удивительная роскошь костюмов, где парадное изящество переплеталось с восточной пышностью, вдохновенные лица мужчин и изысканная красота женщин, атмосфера, словно наполненная опьянением и надеждой на освобождение…»[798]. Наконец, очаровательная Мария Валевская – наверное, последняя истинная любовь Императора, быть может, сыграла в этом не последнюю роль…
Нельзя, конечно, сказать, что с конца 1806 – начала 1807 года Наполеон стал страстным сторонником возрождения Польши – его Империя, а в этот момент речь могла идти для него в этом смысле только о Франции, имела для него непререкаемый приоритет. Тем не менее Польша и поляки, с этого времени слившие свои надежды, мечты и чаяния с Наполеоном, прочно войдут в его политическую и… частную жизнь.
