– Ну, они с Гаррисоном не собираются приезжать сюда каждую неделю. Не думаю, чтобы ее родители, возвратившиеся из Нью-Йорка, отпустили бы ее к нам. Кроме всего прочего, это может вызвать подозрения.
– Да, ты прав. Но я все же напишу ей, что ты будешь в Дублине на эти выходные.
Вернувшись домой, Арабелла пребывала в состоянии шока. Она была в шоке от самой себя, поскольку нарушила все приличия и правила поведения. Она пошла на любовную связь до замужества, на связь с мужчиной, с которым даже не была обручена, причем мужчина этот был братом ее жениха. Ее мучили угрызения совести, ведь она предала себя, предала свою семью, а самое главное – предала Гаррисона.
Ее родители вернулись из Нью-Йорка в прекрасном настроении и привезли ей массу подарков. А она вдруг выяснила, что ей стыдно смотреть им в глаза. Тем не менее она поймала себя на том, что каждое утро с нетерпением ждет почту, надеясь получить весточку от Эмили.
Наконец однажды она обнаружила адресованное ей письмо, причем адрес был написан незнакомым почерком; она сразу догадалась, что оно от Эмили. Схватив долгожданное послание, она бегом бросилась в свою комнату и заперла за собой дверь. Там она вскрыла конверт и, сгорая от нетерпения, начала читать.
Арабелла быстро прочитала дальше и обнаружила, что письмо в основном содержало пустую болтовню о всяких мелких событиях деревенской жизни Армстронг-хауса. Но в самом конце было написано:
Арабелла отбросила письмо в сторону. Мысль, что она вновь увидится с ним, переполняла ее радостью. Но неужели он ожидает, что теперь все будет так же, как когда-то? Неужели считает, что сможет по-прежнему сопровождать их с Гаррисоном в театры и рестораны и вести себя так, будто ничего не произошло, выжидая удобного момента, когда они смогут остаться наедине? Чарльз, возможно, и хороший актер, однако о ней такого сказать нельзя.
Она быстро направилась к письменному бюро и начала писать ответ. Как и Эмили, она наполнила свое послание массой ничего не значащих подробностей, а в конце добавила:
Получив ответное письмо, Эмили отнесла его Чарльзу.
– Ты должен встретиться с ней в понедельник в два часа в отеле «Шелбурн», – сообщила она ему.
– В «Шелбурне» за послеобеденным чаем! – презрительно скривился он.
– Очевидно, таковы обстоятельства. Она не хочет или не может увидеться с тобой в эти выходные.
– Напиши ей, что отель «Шелбурн», похоже, прекрасное место, чтобы провести там время в понедельник.
Арабелла попросила себе угловой столик в ресторане гостиницы «Шелбурн». Она очень нервничала, пока официант наливал ей чай из серебряного чайника в чашку китайского фарфора и отрезал ломтик бисквита «Виктория», лежавшего на блюде посреди стола. Оглядываясь на элегантно одетую публику, беззаботно общавшуюся за соседними столиками, она мучилась мыслью о том, что бы они о ней подумали, если бы знали причину, по которой она сюда пришла.
Когда в зал вошел Чарльз, она сразу его заметила. Оглядев зал, он увидел ее и подошел.
– Арабелла, какой приятный сюрприз! Я очень рад вас видеть! Не возражаете, если я присоединюсь к вам?
– Прошу вас, – кивнула Арабелла, и Чарльз сел напротив нее. Она налила ему чаю.
– Как вы поживаете? – понизив голос, спросил он.
– Как и следовало ожидать.
– Я мог бы приехать на весь уик-энд.
– Я писала Эмили, чтобы вы этого не делали.
– Это я знаю. Но почему?
Она изумленно взглянула на него:
