– Мама, – улыбнулась Северцева, – понимаете, она не задала ни одного вопроса, она ни о чем не спросила, она не завела беседу издалека, с намеками. Она сказала: «Мне надо с тобой встретиться. Как можно быстрее. Давай через полчаса у «Маяковки». Я тогда удивилась, но бросилась собираться. Когда я подошла к метро, мама была уже на месте. Она припарковала свою машину и пригласила меня внутрь.
– Что-то случилось? – спросила я, потому что мы не виделись целую вечность.
– Все нормально, – спокойно ответила мама и протянула мне большой конверт.
Я открыла его и вытащила несколько листов бумаги с печатями нотариуса, какие-то платежные поручения, письмо на официальном бланке.
– Что это? – спросила я, пытаясь прочесть мелкий шрифт.
– Это пожертвование, сделанное одним уважаемым частным лицом на восстановление культурного наследия города. Другими словами, это деньги, которые поступят на твой счет совершенно официально. Благотворительность. Ты можешь ими воспользоваться для восстановления здания.
– Ты знаешь про отель? Откуда?
– Ты всегда думала, что я не интересуюсь твоей жизнью? – со вздохом спросила мама. – Напрасно. Я не звонила, да. Но всегда все о тебе знала.
Я почувствовала, что у меня кружится голова. Я ничего не поняла про эти сумасшедшие деньги, а тут еще признание мамы о том, что она, оказывается, всегда была в курсе моих дел.
– Мама, можно наконец мне все рассказать? – спросила я.
Мама промолчала.
– Хорошо, ОК! Не хочешь все рассказать, тогда объясни хоть что-нибудь. Совсем немного! Мама, я уже очень взрослая, ты даже не представляешь, насколько я взрослая!
Мама посмотрела и улыбнулась:
– Есть вещи, от которых и у взрослых волосы встают дыбом. Так что твой возраст здесь ни при чем. Я надеюсь, что с твоим отелем теперь все будет в порядке. Ну а на тот случай, если и этого не хватит, вот тебе маленький довесочек. – Мама вытащила другую бумагу, из которой следовало, что мне по дарственной переходит небольшой участок земли в ближайшем Подмосковье. Дарителем была мама.
– Мама, когда ты успела купить эту землю? – не удержалась я от вопроса, вспоминая жуткий дом и маленькую квартирку в Строгине.
– Я не покупала, мне подарили.
– В этом месте?! Подарили?! Ты хоть представляешь, сколько там сотка стоит?!
– Представляю, – невозмутимо ответила мама.
Я замолчала. Я уже осознала, что в моих мечтах наступил перелом. Я поняла, что все осуществимо, и не такой кровью, не такой болью и не такими нервами, как это могло быть еще день назад. И эти перемены произошли благодаря маме. Но я никак не могла уяснить, откуда все это богатство пришло в нашу семью. Мы сидели, молчали, смотрели, как мимо пролетают машины, как движутся по тротуару прохожие. Мы сидели, молчали и опять не знали, что сказать друг другу. «Черт! Что между нами такое стоит, что не дает развязаться языкам и потеплеть душе?! Что это может быть?! Какая тайна, какие секреты?! Что это за наваждение, преследующее нас столько лет?!» – подумала я и вдруг, показав бумаги из благотворительного фонда, спросила с отчаянием:
– Отец? Это ведь сделал мой отец, да?
Мама даже не повернулась в мою сторону. Она продолжала молча наблюдать за прохожими.
– Да. Это твой отец, – наконец сказала она, – отец узнал о тебе, когда ты была уже взрослая. Он хороший человек, очень хороший. Но у него своя семья. Дети. И… Понимаешь, сейчас он уже очень старый. И я не могу… Одним словом, вы не можете повстречаться. Это будет очень тяжело для него. И для тебя. Он же еще не существует в твоей душе? Он не успел, да и не успеет поселиться там. Поэтому лучше для всех будет оставить все как есть.
– А эти деньги? Эти огромные деньги?! Как это объяснить?!
– Я рассказала ему о твоих проблемах. Мы редко, но перезваниваемся. И он решил помочь тебе. Это его право. Не отказывайся от этих денег. Во всем, что было, виновата только я.
– Мама, так не бывает. Не бывает виноват только один человек.
– Бывает. Еще как бывает, поверь мне на слово.
– Ты говоришь, он старше тебя? – спросила я.
– Да, намного. Когда мы повстречались, я была молода, а он уже в зрелом возрасте. Сейчас он очень стар.
– Как вы познакомились?
Мама помолчала, а потом ответила:
– В гостинице. Гостиницы – это знаковое место для нас. Только в разных смыслах.
– Ты была в командировке? – Я пользовалась моментом.
Но мама улыбнулась:
– Наташа, ничего интересного. Ничего. Все так обыденно… И потом, мы договорились – не будем ворошить прошлое. Занимайся отелем. Ты молодец у меня, ты все сделаешь на «пять».
При этих ее словах я разрыдалась! И впервые в жизни разрыдалась на плече у мамы…
– Так в чем же дело? Что случилось? Почему ваша мать ушла из дома, когда вы были маленьким ребенком?! – воскликнул Зимин.
