Господи, это приглашение? Или приказ?
— Сегодня вечером? — уточнила, вцепившись в поднос, испытывая одновременно нетерпение и страх. Я загадала ещё одну ночь с ним, и кто-то наверху меня услышал. Должна помнить, что надо быть очень осторожной в своих желаниях, потому что там, наверху, желания исполняются, но по-своему. — А что, если сегодня я не… смогу?
Мне стало интересно, будет ли он по-прежнему использовать оружие шантажа, чтобы принудить меня.
Бейкер отложил салфетку в сторону.
— Кэсси, — начал он, глядя на меня своими проницательными зелёными глазами. Его голос стал низким, чтобы никто не услышал, но тон оставался властным. — Достаточно ясно, когда я приказываю, ты подчиняешься, независимо от того, почему ты сделала это прошлой ночью? Просто потому, что между нами изначально сложились именно такие отношения, и они устраивают нас обоих? Мне кажется, что от этой игры мы всё-таки получили удовольствие.
Мне потребовалось время, чтобы обдумать и переварить эту концепцию.
— Да, это правда, — пробормотала я, уже чувствуя, как в животе снуют бабочки.
Уильям заговорил медленнее и ещё более низким голосом, выделяя слоги так, чтобы я могла читать по губам и понять всё правильно. — Детка, ты моя маленькая шлюшка или нет?
Он не прикасался ко мне, но словно сделал так: я почувствовала, как румянец пробежал по моей шее и опустился на щёки.
У меня не было защиты от его эротической манеры преподносить себя. Ведь он был изысканным, даже в вульгарности, он был милым даже в жестокости, он был понимающим даже в доминировании.
— Да… я твоя.
Он улыбнулся тёплой улыбкой.
— Тогда подавай мне ужин и знай, что я буду смотреть на твою симпатичную попку каждый раз, когда она будет проплывать у меня под носом. — Негодяй мне подмигнул.
Я опустила поднос к бедру, сдерживаясь, чтобы не поднести руку к щеке или сердцу. Никто не должен был заподозрить, что тема разговора — не жареная рыба.
— Ты на самом деле хочешь поставить мне подножку. — Я ухмыльнулась, покачав головой.
— Если это повод поднять тебя и позаботиться лично, можешь поклясться, я вытяну ногу из-под стола в самый неожиданный для тебя момент.
Он, конечно, шутил. Хотя…
— Ладно… Я искренне надеюсь, что ты этого не сделаешь. Разговор принимал совсем неподходящий оборот, и меня громко позвал кухонный колокольчик. — Рыба на гриле, говоришь?
— Хорошо прожаренная. — Он надменно скрестил ноги. — Я умею ждать, чтобы получить всё по своему вкусу.
Он ждал не только рыбу, но и меня, это было ясно.
Но сильнее всех волнение испытывала я.
***
Используя ключ-паспорт, я вошла в бунгало 101.
Закрыла дверь и задержалась на месте; стопка пушистых полотенец у меня на руках доставала до лица.
Я перестаралась.
Уильям был в номере. Он сидел на диване, босиком, придвинув журнальный столик, чтобы можно было работать на компьютере. Вокруг него лежали бумаги, использованная пепельница и бутылка Caol Ila.
— Твои полотенца, — сказала я, словно они настоящая причина моего вторжения.
Он оторвал взгляд от монитора, закончив что-то читать.
— Положи их на стул и иди сюда. — Уильям закрыл ноутбук указательным пальцем. — Сними обувь, располагайся поудобнее.
Я оставила стопку там, где велел.
— Могу я спросить, что у тебя на уме? — спросила я, наступая на задники, чтобы снять туфли.
— Нет, не можешь.
— Почему?
— Самое интересное — это позволить себе удивиться, не так ли? — Он налил в стакан немного виски, отодвинув всё остальное в сторону.
Я уже удивлялась. Меня удивил сам факт того, что он попросил меня сесть рядом с ним, а не встать на колени, или что-то в этом роде.
— Это значит, что ты не планируешь брать меня в постель?
— А я не могу искать твоего общества, не обязательно желая тебя трахнуть? — Он похлопал по подушке рядом, приглашая меня занять место.
Я поверила ему на слово и удобно устроилась. Сняла резинку с волос, закрепила её на запястье, чтобы голова отдохнула. Затем повернулась к нему лицом, положив локоть на спинку дивана.
Казалось, мы находимся на одном уровне: мне это нравилось. Приятно, что он с такой лёгкостью перешёл от моего подчинения к обращению со мной как с равной.
Я приняла протянутый им стакан, сделала пару глотков. Жидкость стекла по горлу — мощная, как и тот, кто предложил её мне.
— Слушай, я знаю, что ты что-то задумал. Итак, объясни мне, пожалуйста, что я здесь делаю? — Чёрт возьми, если он просто хотел поговорить. Я молодая, но неглупая. Этот мужчина что-то задумал. — Я умираю от любопытства.
Он взял у меня из рук стакан, выпил оставшуюся каплю и поставил локти на колени.
— Это незаконченное дело…
— Это я? — начала я, отбросив ненужные проявления скромности.
— Это ты. У меня к тебе вопрос, и я хочу, чтобы ты ответила честно. — Его брови нахмурились.
— О, о. Так, ты меня беспокоишь… — Я свела ноги и ухватилась за лодыжку.
