-Ты... силен... - Выдохнул дубень. - Биться с тобой было честью. Надеюсь, ты поступишь со слугой Темного как должно. - Противники вновь пожали друг другу руки и покинули ристалище, освободив его для второй пары полуфинала.
Мастер деревянных кастетов хорошо подготовился к поединку с бессмертным. Он примотал к своему оружию длинные цепи с острыми лезвиями на концах. А когда прозвучал сигнал к началу, из деревянного оружия меча внезапно выскочили короткие стальные обоюдоострые клинки. Черный Волк в ответ на это лишь презрительно усмехнулся и медленно потянул свои страшные полуторники из-за спины, давая толпе как следует насладиться зрелищем. Похоже он уже успел вполне оправиться от яда синевласого и чувствовал себя превосходно. Мастер среагировал мгновенно, и совершив стремительный рывок, нанес свой первый удар, до того как бессмертный вынул оружие, с размаху полоснув цепным лезвием по шее колосса. Тот среагировал недостаточно проворно, и клинок оставил на его шее легкий порез. Волк в ответ крутанул сверкающую мельницу, но меч уже разорвал дистанцию, настороженно глядя на противника. Бессмертный насмешливо погрозил противнику пальцем и медленно провел им себе по шее, сладострастно слизнув кровь, а затем высоко задрал голову и издал леденящий душу вой.
Мастер вновь кинулся вперед. Правда на этот раз до шеи ему достать не удалось, однако цепной клинок все же оставил на открытом чудовищном бицепсе гиганта еще одну пустяковую, но довольно болезненную царапину. Глаза исполина налились кровью. Похоже щуплый соперник сумел всерьез разозлить его. Издав свирепый рык, он кинулся вперед, с сумасшедшей скоростью орудуя мечами. Меч едва успевал уворачиваться, бегая от колосса по всей арене. В итоге, когда тот остановился, сухощавый далеко немолодой уже мастер был еще жив, но лишился части уха и дышал с явными всхрипами, в то время как его противник нисколько не запыхался. Черный Волк злобно захохотал, видя слабость врага, и вновь закрутил свой смертоносный вихрь. Меч отчаянно оборонялся, но тяжеленные клинки бессмертного, которыми он орудовал словно тростинками, в итоге обрубили цепи с кастетов, после чего поражение мастера оказалось лишь вопросом времени.
Наконец он пропустил удар, и один из мечей исполина глубоко вонзился в его живот, хищно высунув лезвие из спины. Волк легко поднял нанизанного на клинок воина на вытянутой руке и, торжествующе усмехнувшись, одним ударом обрубил ему ноги ниже колен. Лицо мастера побелело от боли, но он не издал ни звука, достойно встречая свой конец. Тогда гигант с силой швырнул его изувеченное тело на землю, пригвоздив к земле, и сунул руку в зияющую рану на животе, вынув кишки и намотав их на шею несчастному. Однако и этого Волку показалось мало, и, выдернув клинок из все еще живого тела, фаворит частыми быстрыми ударами превратил агонизирующий кровоточащий обрубок некогда бывший его противником в груду кровавого мяса. Толпа на площади просто осатанела, неистово воя и требуя крови. Воинам охраны даже пришлось сомкнуть плотное кольцо вокруг арены, недвусмысленно выставив в сторону беснующегося людского моря копья и заряженные арбалеты.
-Хоть я и почитаю всякую жизнь священной, не скажу что огорчусь, если этот воин встретит сегодня свою смерть. - Лицо Оранга заледенело.
-А я так и вовсе спляшу на его останках. - Мрачно пообещал Нодди. - Главное чтобы наш человек-загадка не подвел...
Тем временем служки спешно готовили арену для финального поединка, посыпая ее свежим слоем песка с необычным серебристым отливом.
-Красиво... - Прошептал Чиллак, когда арена неожиданно заиграла новыми красками, бликуя и отражая солнечный свет.
-Да. - Кивнул пилигрим. - Жаль лишь, что форма сего действа ни капли не соответствует содержанию.
Наконец все приготовления был окончены, и распорядитель подал знак стоявшим подле ристалища музыкантам. Протрубили фанфары, приветствуя финалистов, и те взошли на арену, неподвижно застыв друг напротив друга. Черный Волк, раны которого были умело обработаны лекарем, глядел на соперника с кривой презрительной усмешкой, за которой тем не менее читался глубокий затаенный страх. Он прекрасно видел, на что способен Шанг, и теперь старался скрыть свою неуверенность за показной бравадой. Его противник напротив был абсолютно спокоен, глядя на исполина своими непроницаемо черными абсолютно неподвижными глазами, что еще больше сбивало последнего с толку и заставляло нервничать с удвоенной силой.
