Я усмехнулся в душе, на лице та же маска участия и заботы. Ох уж эти юные девочки, едва перешагнувшие третий десяток. Не понимают, что порой нам, мужчинам, нужна не только уютная норка – и это я не про женский половой орган, нет. Мы тоже люди (как неожиданно, да?), устаем на работе, на жаре, хотим порой просто расслабиться, включить телевизор, фильм или сериал, спорт или новости, и посидеть в тишине да покое. Однако когда тебе двадцать, ты красивая, молодая девочка, ты познакомилась с интересным (надеюсь) и классным (надеюсь-2) парнем, когда он приезжает к тебе максимум раза два в неделю, а тебе этого мало, , хочется, чтобы все было как в бульварных женских романах. Чтобы вещи в разные стороны, страсть рекой, член пистолетом…
Юность, да будь она благословенна.
Разумеется, ничего этого я не сказал. Промолвил ласково:
– Все просто. Я хочу наброситься на тебя сейчас.
Я потянулся к ней, но Лена резко вскочила, повернулась, лицо искажено гримасой гнева и обиды.
– Хватит! – Когда сладкий голос полон злости, он становится похож на коктейль, горький по вкусу, но вызывающий привыкание. – Ты просто потерял ко мне интерес, скажи прямо и всё! Зачем обманывать?
Я посмотрел на нее долгим, немигающим взглядом – а затем резко прижал к себе и поцеловал. Лена попыталась вырваться, но скорее так, для виду, потому что уже через секунду наши языки нашли друг друга. Женщинам нужны эмоции, они наполняют их жизнь смыслом, неважно, хорошие или плохие. И я девушек в чем-то понимаю: секс после ссоры всегда фантастически хорош.
***
– Как ты можешь это курить?
Лена закашлялась, потушила сигарету после одной затяжки.
– Лучше бы мне отдала, – лениво пробурчал я.
– Ты знаешь, я не хочу, чтобы ты курил.
– Даже после секса?
– Особенно после секса.
Я улыбнулся. У всех есть свои странности, и странности Лены мне нравились. Пока – нравились.
Она сидела на широком подоконнике, в моей белой рубашке и смотрела куда-то вдаль, туда, где за алый горизонт пряталось солнце. А я глядел на неё, на эти длинные, шикарные ноги, на розовый широкий сосок, нагло выглядывающий наружу…
– Знаешь, а ты мне нравишься, – тихо произнесла Лена, взглянула на меня мельком, улыбнулась. – Нет, ну ты это знаешь, разумеется, мы же спим вместе…
– Было бы странно, если бы при этом я тебе не нравился, – хмыкнул я.
– Я не про это. – Она отмахнулась. – Ты мне нравишься как-то по особому, не только как парень, с которым я сплю… Ты мне нравишься как мужчина.
О! Я знаю, что будет дальше. Дальше она скажет, что…
…– Мне хочется проводить с тобой все больше и больше времени…
Я устало молчал.
…– Ты умный, понимаешь? Я еще не встречала парней умнее тебя… И мне это безумно нравится! – По её губам скользнула азартная улыбка. – И я никогда бы не подумала… серьезно… не могла даже представить, что скажу это…
Она осторожно спрыгнула на пол, подошла ко мне, прилегла рядом. И сказала то, что я меньше всего хотел услышать:
– Я люблю тебя. Переезжай ко мне.
Лена смотрела искренне, от нее веяло теплом, заботой, уютом, а внутри меня горел неоном вопрос: что не так? Отчего ты весь сжался, когда понял, что именно сейчас услышишь? Может стоит закрыть глаза на остальных девушек и открыть душу только для одной, красивой, молодой, не глупой, доброй?
Чего ты боишься? Боишься обжечься, того, что её чувства пропадут быстрее, чем сегодня взойдет луна на небо? Что в ней говорит лишь удовлетворенность после нескольких оргазмов, а никак не мудрый, осознанный выбор? Что ей двадцать, что она еще слишком молода и не опытна? Или может причина гораздо глубже, в твоем врожденном неверии в женскую верность, честность и преданность?
Или это та самая ловушка, в которую попадает любой мужик, стоит ему добиться девушку слишком быстро? Когда знакомы несколько часов, а ты уже в ней, интерес может и не пропасть, но в голове точно возникнут мысли: а что, если для нее это не первый раз? И это не ты такой уникальный, особенный, просто она тетя не самых честных правил?
Я усмехнулся. Если бы все было так просто… На самом деле, я просто не хочу ждать, когда пройдет влюбленность. Когда сквозь пелену розовых очков, сладких поцелуев и учащенного пульса взойдет на помост реальность. И она, эта реальность, всегда оказывается более скучной, более предсказуемой, более пресной.
Первой уходит страсть. Если кто-то скажет вам, что страстными нельзя быть вечно, это лишь отчасти правда. Потому что секс, желание, возбуждение – это больше половины отношений. Если убрать секс, любовь превратится в дружбу. А что, друзья тоже порой целуются и держатся за руки.
Потом машет ручкой восхищение. Ты перестаешь находить человека, который рядом, интересным. Уже не видишь в нем что-то, заслуживающее восторженных слов. Не подмечаешь его уникальность. Человек становится обычным – и это хуже всего на свете.
