Девочки на другой стороне пищевой цепи не менее радуют. Начинают проводить много времени перед зеркалом, чтобы выглядеть не просто шикарно, а с неким шиком и блеском, присущим только высшему – по-своему же мнению – слою общества. Приезжают на вечеринку, имея в кармане триста-пятьсот рублей, на коктейль да на такси домой; и не важно, что эти деньги она тайком взяла у родителей или попросила у них лично «на обед в универ». Танцуют, ритмично двигаясь под хаус и симулируя страсть под эр-эн-би, ищут глазами знакомых, обсуждают с ними под громкую музыку все, что угодно, вместо того, чтобы посидеть где-нибудь в кафе или баре, где не так шумно и разговаривать вообще-то удобней и проще…
Но потом, приезжая домой рано утром, тихо разуваясь в коридоре, стараясь не разбудить родителей или сожителей, раздеваясь и падая без сил на кровать, смотря безучастным взглядом в потолок, все мы – неважно, мальчик, девочка, мажор, студентка на бюджете или топ-менеждер транснациональной корпорации – ощущаем внутри какую-то странную, несвойственную ранее пустоту. И вроде вечер и ночь прошли хорошо, и люди нас уважают, девушки улыбаются заигрывающие, парни крепко жмут руку, музыка хорошая, собой тоже довольны… Однако нет того, ради чего мы собираемся вместе, ради чего идем на встречи, ради чего прихорашиваемся возле одних зеркал и красуемся подле других.
Нет душевной теплоты.
Нет катарсиса.
Только странная, но раз за разом все более ощутимая пустота.
– У тебя на лице такая мина, будто ты кактус сожрал, – хлопнул меня по плечу Сашка.
– После такого количества бухла бывает, – слегка улыбнулся я, взял со столика у кровати пачку сигарет, закурил.
– Ты прям много дымишь, бро, – укоризненно покачал головой Сашка.
– Спасибо за заботу, пап.
– Да это не забота! Просто организм от этого портится. Лучше бы качался, как я. Девочек это больше привлекает, чем пепельница во рту.
– Девочек привлекает не размер твоего бицепса, а размер твоего кошелька, – проговорил я. – Или, на крайний случай, размер статуса. И под статусом я подразумеваю не то, что у тебя в штанах.
– За-ну-да, – по слогам промолвил Сашка, открыл холодильник. Через пару мгновений недовольно буркнул: – А пожрать вообще ниче нет?
– Я так-то не поваром работаю.
– Зануда.
Я в ответ только с улыбкой покачал головой.
– Мож, пойдем пожрем куда-нить? – вернулся расстроенный Сашка.
– Хорошая идея, – кивнул я.
… Бар «Бритиш Сити» всегда полон, даже если это не вечер выходного, а обеденные часа четверга. Сегодня ближе к ночи даже здесь ожидалась шоу программа. «Зажигательные девочки «гоу-гоу» и лучшие диджеи города» – вещала афиша напротив входа. Похоже, у подавляющего большинства маркетоголов в голове один и тот же шаблон: полуголые девочки и парнишка с наушниками. Никакого креатива. Скука.
Тем не менее, гостей, в основном молодого, студенческого возраста, было более чем достаточно, заполняя уютное, полукруглое помещение бара хохотом, возбуждёнными возгласами и жаркими разговорами. В натяжном зеркальном потолке отражались плазменные телевизоры, расположенные чуть ли не каждом углу и транслирующие какой-то зарубежный танцевальный канал. Стены украшали раритетные вещи из туманного Альбиона: каска полисмена, бейсбольные биты, старые британские журналы, народные шотландские костюмы. Возле входа стояла красная телефонная будка, точная копия будок Лондона, как говорят здешние официанты и официантки, разодетые в короткие клетчатые юбки (девушки) и кельты (парни). Чем ближе маленькая стрелка больших часов над входом приближалось к вечернему времени, тем больше они носились по залу с подносами, заставленными вкусно пахнущими яствами и алкогольными напитками всех мастей и коктейлей.
– О, глянь, – воскликнул Сашка, протянул мне телефон.
Я неохотно взглянул на экран, что там еще, когда уже принесут кофе, голова до сих пор гудит… Взглянул и ехидно усмехнулся. Просматривая ленту «инстаграма», Сашка увидел обьявление о том, как наша общая знакомая, бывшая стриптизерша, танцовщица, местами (не очень популярными местами) даже арт-директорша выложила фото, вернее, афишу с очень любопытным названием «Сибирское похудение! Интенсивный курс! Главный приз 200000 рублей!». Разумеется, Сашка не мог не поделиться этим со мной.
Еще когда мы с ним познакомились, нам казалось, что занимаемся чем-то не тем. Особенно так чувствовалось на волне новостей, как то у одного, то у другого чиновника находили дома миллиарды – миллиарды, Карл! – рублей. Несмотря на то, что со стороны наша работа кажется откровенным разгильдяйством, увы, это далеко не так. Сашка каждый день по два-три часа тратит на поиск новых, свежих треков, оригинальных ремиксов, разбирает сотни композиций по тональностям, ставит так называемые «точки» в специальных программах для диджеев. Ведь включить музыку гостям или даже плавно прямо на сцене соединить несколько треков в один не так уж и сложно. А вот сделать так, чтобы гости танцевали хотя бы час без остановки, прерываясь только на покупку коктейлей, знакомства с людьми и походы в тайную комнату – это уже другой уровень.
