Я ничего не ответил, взглянул на часы – почти десять вечера. Скоро приедет ведущий, затем дождемся Владимира Валерьевича и можно начинать. Несмотря на середину первого месяца лета и жаркую погоду за окном, гости все как на подбор были одеты в рубашки, брюки, а кто-то щеголял в пиджаках. Всем им наверняка хотелось сбросить весь этот официоз и нарядиться попроще, но нельзя – статус. Девушки, как совсем еще юные, молоденькие, влюбившиеся в этих мужчин не из-за денег, нет, а из-за их богатого мира, так и уже прожженные этим миром как диван сигаретой дамы бальзаковского возраста поражали роскошными вечерними нарядами. Даже официанты и бармены в такой обстановке работали не вальяжно, лениво, как привыкли, а собранно, старались улыбаться, приносить заказы быстрее. Скорее всего, понимали, что их могут ждать за это приличные чаевые, однако это не мешало мне получать удовольствие от происходящего. Когда все работает четко, без сбоев, как один механизм, нельзя не радоваться. И не гордиться, особенно когда есть чем.
Когда перестаешь думать о том, где бы откусить кусок, и на что вообще жить, становится легче. Раньше часто приходилось думать, как и где подмутиться, с кого взять откат, как обмануть и остаться не пойманным. В «Эрнесто» необходимость этого отпала. Платили хорошие деньги, вовремя, без задержек, бюджеты на программы согласовали спокойно, без тупых вопросов и вечного для многих руководителей «я директор, будет по-моему и точка». И такое отношение дает простор для развития, ты думаешь, как сделать все хорошо и качественно, потому что тебя – ц е н я т. Всегда казалось, что это очень важно. А когда так и сложилось, понял, что это еще важнее.
Я с довольным выражением лица осматривал зал, опираясь на перила, как вдруг заметил краем глаза, что на входе начинается нечто любопытное. Не просто проверяют гостей, не просто рассказывают о программе на вечер и предлагают занять места согласно брони столов. Я пригляделся: кто-то махал руками, о чем-то почти кричал, однако из-за музыки и расстояния ничего, разумеется, услышать нельзя. Поэтому, потакая любопытству, я уверенным шагом преодолел второй этаж «Эрнесто» и спустился по лестнице напротив входа.
Ага, все понятно.
В каждом заведении есть постоянные гости. Всегда работает старое, проверенное годами правило: двадцать процентов гостей, посещающих бар повторно, приносит столько же денег, сколько и восемьдесят процентов залетного пипла. И сейчас на входе разворачивался целый спектакль, где ведущую роль играл один из таких «постоянщиков».
Еще до начала мероприятия я предупредил Настю о жестком дресс-коде. «Эрнесто» не резиновый, и сегодня не тот день, когда нам нужны все. Обеспеченные люди не захотят видеть в зале непонятно как одетых мужиков и баб. Молоденькие девочки в коктейльных платьях – всегда пожалуйста. Всем остальным – «извините, в другой день, ребята».
И сейчас Настя, в коротком, выше колена, черном платье и собранными в элегантный хвост волосами, спокойным тоном объясняла это Коле, взрослому дяде лет сорока, пришедшему на конкурс красоты в джинсовых шортах и шлепках. Коля был богатым человеком, часто угощал других посетителей бара, оставлял щедрые чаевые и однозначно вписался бы в тот контингент, что живо разглядывал друг друга в ожидании старта программы. Однако его внешний вид, засаленная майка «алкашка» и залитые алкоголем глаза заставляли Настю с сожалением качать головой.
Охрана, два высоких бугая с лысыми черепами, братья не только по внешности, но и по крови, преграждали Коле путь. За ним в ожидании решения проблемы столпились еще четверо парней, одетых также по-летнему, видимо, одна компания. Настя с легкой, очаровательной улыбкой рассказывала про правила посещения бара, с виртуозной ловкостью отвечая на одни и те же тупые вопросы: «а че, так нельзя», «а где Володя, я все решу», «да я же свой человек», «давай больше заплачу, че, епт», «ты знаешь, с кем ты разговариваешь».
И вроде обычная ситуация, кои очень часто встречаются на входах в любое ночное развлекательное заведение. И Настя имела опыт ласково, нежно, как детям, объяснять, что «для вас вход закрыт, к сожалению». И ничего не предвещало беды, однако внутри меня становилось неспокойно. Я подошел ближе, встал за Настей, сложив руки за спиной, уловил запах перегара от Коли, увидел его недовольные, злые глаза, пафосные рожи парней за спиной. Тогда все и случилось.
Один из парней той компании, высокий, рыжий, с бородой, громко ляпнул:
– Колян, да нах париться! Поехали в «Рош», там всегда лучше были, хер с ними, с этими придурками!
– Я все решу, погодь, – не оглядываясь, огрызнулся Коля.
– Да хули ты решишь, еба, – буркнул еще один, низкий, со сломанными ушами и широкими плечами, видимо, какой-то борец. Подошел ближе, уперся в охранника, поднял голову. – Слышь, Вась, ты пропусти, эту дуру че слушать…
