Я начал внутренне закипать – одно дело пьяное быдло, другое дело оскорбления в адрес персонала. Раньше мне было бы насрать, кто и как говорит, это не моя проблема, не моя территория. Пусть решает администратор. Разница лишь в том, что сейчас этим человеком являлась Настя. А значит, мне становилось не насрать.
– Молодой человек, следите за языком, – холодно произнес один из охранников.
– Ты это мне, что ли? – выпучил глаза «борец». – Ты че, че хочу, то и кубаторю…
– Молодой человек, вам точно отказано во входе, – подключилась к диалогу Настя, посмотрела на Колю. – Коль, успокой своего друга, пожалуйста…
– Рот закрой, шалава гребанная! – «Борец» никак не унимался. Рыжий за его спиной попытался его отвести в сторону, однако тот отмахнулся и попер вперед.
Охранник преградил путь. «Борец» с невозмутимым лицом толкнул его руками – и сразу оказался в обьятиях другого сотрудника охраны. Разумеется, с криками «отпусти его» и «хули ты творишь» разнимать их кинулись друзья Коли. Один из них без лишних слов ударил охранника в голову, «борец» высвободился и начал бить, не различая своих и чужих. Второй охранник быстро что-то буркнул в рацию и бросился в драку. Будучи хоть и обученным персоналом, равнодушно смотреть, как метелят не просто напарника, а брата, было нельзя.
Настя попыталась влезть вперед, начать разнимать парней, повысила голос. Публика в зале с любопытством и интересом смотрела на зрелище, не отрываясь от поглощения пиши и напитков. Со второго этажа бежали еще ребята с охраны, три человека, все крепкие, мускулистые парни. Однако им оставалось еще преодолеть лестничный пролет, когда тот самый «борец», пропустив удар в челюсть, дико взревел и достал нож.
Охранники замерли, поднимая руки вверх, друзья «борца» начали пытаться его оттащить, Коля стоял истуканом с белым лицом. Настя произнесла ледяным, хлестким тоном:
– Нож уберите, молодой человек.
– Ты че, блять, попутала, знаешь, кто я такой, да я тебя как суку… – бормотал «борец», размахивая ножом.
Настя сделала шаг назад, потянулась рукой к тревожной кнопке, когда одновременно произошло несколько вещей, который изменили все.
Сначала «борец», увидев ее движение, смачно сплюнул, мерзко усмехнулся и взмахнул ножом, стараясь порезать Насте лицо. И ему бы это удалось – если бы за мгновение до этого я не сделал шаг вперед и не подставил руку под удар.
Вспышка острой, пронзительной боли ворвалась в голову, я вскрикнул, выругался. «Борец» отшатнулся, не опуская ножа. Один из охранников воспользовался ситуацией и ударил его с локтя в голову. Этого движения хватило, чтобы «борец» сложился на входе, падая в обморок. Его друзья резко бросились в рассыпную, понимая всю серьезность произошедшего. Коля все также, не двигаясь, прижимался к двери, а я смотрел то на руку, с которой медленно падали капли крови, то на «борца», пускающего пену изо рта.
– Ты как? – вывел меня из ступора испуганный голос Насти.
Я посмотрел на нее, увидел изумленное лицо, странное выражение глаз и севшим голосом сказал:
– Да вроде ниче.
– Тебе срочно нужно руку замотать и скорую вызвать, – словно оправившись от шока, заговорила Настя, взяла мою руку, осмотрела. – Тебе больно?
– Уже нет вроде, – еще в пространном состоянии ответил я.
Охранники втроем вытащили обмякшее тело «борца» на улице, один вызывал полицию, другой скрутил Колю, который даже не сопротивлялся. Я оглянулся, гости бурно обсуждали произошедшее, улыбались, живо жестикулировали. Почувствовал прикосновение к порезу, поморщился от резкой, ноющей боли.
– А говоришь, не больно, – покачала головой Настя. – Пойдем в кабинет, там аптечка есть, замотаем!
Я молча кивнул, пошел за ней, руку держу локтем вверх. Стараясь не обращать внимание на взгляды гостей, персонала, на большие глаза Сашки, мы прошли сквозь зал, зашли в менеджерскую.
Настя усадила меня за стол, достала из ящика коробку с красным крестом, нервно открыла, стала перебирать руками. Со словами «вот оно» взяла запакованный бинт, ловким движением открыла, стала осторожно, едва касаясь, перевязывать мне руку. Ее волосы касались моего лица, я чувствовал запах ее духов, ощущал легкие, почти нежные прикосновения и на мгновение забыл о случившимся на входе. Вздохнул, вбирая сладкий, фруктовый аромат духов и почувствовал дикое, сумасшедшее желание ее поцеловать. Настя подняла голову, мы встретились глазами – и этот миг, казалось, длился не меньше вечности. Мир застыл вокруг, воздух сгустился, ноющая боль исчезла. В ее взгляде я разглядел те же чувства, что наполняли меня. По крайней мере, мне так казалось.
Тогда я еще не знал – да, казалось.
Настя осторожно, краем губ, улыбнулась и внезапно поцеловала меня в щеку. А затем наклонилась сильнее и прошептала сквозь горячее дыхание:
– Спасибо тебе, Андрюш.
Я не нашелся что ответить. Говорить вообще хотелось. А то, что хотелось, было настоящим безумием.
Настя выпрямилась, поправила волосы.
– Пойду в зал, сейчас полиция приедет, скорая, – будничным тоном проговорила она. – Тебя тоже посмотрят. Посиди здесь, ты… ты молодец.
