Вернувшись домой, Лотта облегченно вздохнула и прижалась спиной к закрытой двери. «Фу-ух, обошлось!» - выдохнула она. Только сейчас она осознала, что впервые с того момента, как родственники Зигфрида вытащили ее из дома в Фехельде, оказалась на улице одна, без чьего-то присмотра. Ведь даже в дороге, пока они ехали сюда, рядом с ней постоянно был то магистр (назвать его мужем у Лотты никак не получалось даже мысленно), то кто-то из слуг. Кроме, конечно, тех случаев, когда она оставалась совсем одна.
Но одно дело – быть одной в своей комнате, а совсем другое – выйти на улицу и вот так, запросто, разговаривать с соседями. Но все получилось. Никто не узнал в ней пропавшую Лотту фон Фехельде. Никто не стал указывать пальцами с криком: «Смотрите! Ведьма!». Никто не поморщился, брезгливо подбирая край подола, как делают почтенные горожанки при встрече с непотребной девкой. Так, может. Все не так и страшно? И не повода сидеть дома затворницей. И можно завтра самой выйти на рынок, а не ждать, пока кухарка принесет что-нибудь.
Встряхнув головой, Лотта отогнала пустые мечты. О степени е свободы надо бы сначала переговорить с магистром Амброзиусом. А то что толку ходить по лавкам, если она так и не спросила, сколько денег можно потратить на хозяйство? Не говоря уже о том, чтобы на себя. А еще сорочка не дошита. Пока ее не трогают, но не вечно же они будут ждать.
Оказалось, что действительно, не вечно. Дождавшись, когда кухарка и прислуга уйдут, почтенный магистр спустился к Лотте, которая устроилась со своим шитьем в гостиной у окна.
Потоптавшись смущенно на месте, он прокашлялся и сказал: «Сегодня у нас будет гость. Вот… "
- Я знаю, - спокойно ответила Лотта, приветливо улыбаясь. – С кухаркой мы уже позаботились об ужине.
- Ужин? Да, ужин… - Почтенный магистр помолчал, а потом добавил. – Я велел Мод протопить гостевую комнату.
- Я проверю, чтобы все было в надлежащем виде, - Свежая вода в кувшине для умывания, постельное белье… Проветрено ли? Достаточно ли усердно Мод протерла пыль? Лотта уже мысленно составляла список, на что стоит взглянуть, когда ее осенило. – Гостевую?
- Да, девочка, надеюсь, наш уважаемый гость найдет время задержаться. Но я подумал, лучше заранее предупредить. Так ведь?
- Так. – После короткой паузы выдала Лотта. Мельком бросив взгляд на мелко дрожащую в пальцах иглу, спешно воткнула ее в ткань. Не хватало еще, чтобы магистр заметил ее страх! – Мне обязательно присутствовать на ужине?
- А? Как хочешь. Это же не официальный ужин. Нам просто надо поговорить.
- Хорошо. Тогда я поужинаю у себя. Заодно, не буду мешать разговору.
«Я не боюсь», - убеждала себя Лотта, расставляя на столе парадную посуду и, заодно, откладывая для себя немного ветчины, сыра и хлеба. – «Я просто не хочу мешать.» И, все же, сколько себе не ври, Лотта боялась. Когда у входной двери звякнул колокольчик, она со словами: «Если я буду нужна, я у себя», - сбежала наверх.
Первым делом Вильгельм-Август прошел в кабинет магистра. Тот внимательно осмотрел пациента, выполнил необходимые действия и, наконец, жестом показал, что можно одеваться.
- Ну, что скажешь, старый лекарь? – невесело просил герцог, усаживаясь в кресло.
- Скажу то же, что и сегодня утром, - медикус недовольно качнул головой, - что дальше тянуть нельзя.
- А ты уверен, что сработает?
- Как я могу быть уверенным, если до нас никто никогда не пробовал?! – В голосе лейб-медикуса звучало раздражение. Опомнившись и вспомнив, с кем говорит, магистр Абмрозиус вздохнул и добавил. – Вот, я произвел замеры по семнадцати параметрам, сделал все расчеты. Проверил совместимость по гороскопам.
- Ой, - поморщился герцог, - вот только этого не надо, ладно? Я еще помню, как достопочтенный магистр Панкрациус перед моей свадьбой составлял мой гороскоп по отцовской просьбе. «Счастливый брак, трое детей…». Повезло магистру, что он успел вовремя удалиться на покой.
Упоминание о коллеге-конкуренте заставило магистра Амброзиуса улыбнуться. «Так уж получилось, Ваша Светлость», - развел руками он, - «Что гороскопы для меня – рабочий инструмент, а не единственный способ заработка. Ведь платите вы мне не за них. Это почтенны коллега Панкрациус служил у вашего батюшки звездочетом. А я всегда предпочитал более приземленные науки».
Вильгельм-Август спорить не стал. С медикусом ему действительно повезло. И пусть в целительской магии в старом магистре были сущие крохи, он прекрасно обходился и без нее. Жажда знаний и готовность ради них не только подняться до светил науки, но и опуститься на уровень деревенской ведьмы, сделали снадобья магистра исключительно действенными.
Собственно, он никогда и не скрывал, что предпочитает простоту и действенность вычурным формулам. И если уж сейчас решился на эту авантюру, значит, или действительно верит в успех, или просто впал в отчаяние от безысходности. „Ладно, договорились» - проворчал герцог Вильгельм-Август, почти бессознательно потирая грудь. – «Показывай, что ты там насчитал»