Уже выбросив вперёд кулак, я в самый последний миг прикрыл костяшки магическим барьером, и босяка едва из ботинок не вышибло. Ноги вылетели из-под задиры, он рухнул навзничь, со всего маху приложился затылком о половицы да так и замер, не подавая признаков жизни.
Черти драные! Неужто перестарался?
11−9
Два выбитых зуба, сломанная челюсть, сотрясение мозга. Впрочем, если у кого-то хватило ума накинуться на боярина с кулаками, голова у такого человека точно пуста как гнилой орех, сотрясаться там совершенно нечему. Опилкам или отрубям, разве что.
Дурня уволокли к лекарю, а я из-за него едва не пропустил обед. И пропустил бы, пожалуй, но дневальный из числа стрельцов видел начало драки, и меня лишь пожурили — обошлось даже без похода к коменданту гарнизона. Его заместитель пригрозил в следующий раз наказать по всей строгости, но и только.
После доброй порции нравоучений пришлось идти на плац и под вновь зарядившей мелкой моросью внимать разглагольствованиям майора. Хорошо хоть он из пустого в порожнее не переливал, сообщил лишь, что время сейчас непростое и следует проявлять бдительность, а трёхмесячная подготовка — это не каникулы, отрабатывать долг за обучение мы начнём уже на этой седмице. Как именно — не сказал. Наверное, решил не расстраивать раньше времени.
Ну а дальше всех разбили по отрядам. Самым многочисленным оказалось сборище отсеянных абитуриентов школы Огненного репья — нас отвели в дальний конец плаца и оставили дожидаться неведомо чего, при этом ни наставника Краса, ни кого-либо из внутренних учеников следить за порядком не поставили.
Вернувшийся к этому времени из больницы Дарьян оказался бледнее мела, на мои расспросы он отвечать не пожелал, лишь коротко выдал:
— Вскрытие проводили, — и замолчал. Даже Беляна его растормошить не сумела.
Потом появился тайнознатец в соломенной шляпе. Вислые усы и без того придавали дядьке донельзя унылый вид, а уж при взгляде на нас, у него и вовсе физиономия вытянулась.
— Ни черта не умеете, так? — спросил он, скривив вниз уголки широкого рта.
— Именно так, наставник! — подтвердил я, хотя и стоило бы промолчать.
На меня начали оборачиваться, кто-то даже шикнул, но тайнознатца эти слова нисколько не задели. И вроде как даже наоборот.
— Осознание — первый шаг к исправлению! — объявил он, усмехнувшись. — А кто не исправится — сдохнет! У нас с этим просто!
Подобное вступление никого не порадовало, но и в уныние отнюдь не вогнало. Если уж на то пошло, все на войну с антиподами ехали, а тут вроде как тишина и спокойствие.
— Зовут меня Девясил. Для вас, олухи, наставник Девясил! — объявил вислоусый тайнознатец и прошёлся перед строем. — И запомните крепко-накрепко: лучший аркан тот, который вы способны применить прямо здесь и сейчас, незамедлительно! Успел ударить первым — победил. Не успел — сдох. И дело даже не в том, что заклинатели противника полнейшие бездари и недоучки почище вас. Просто чаще всего вам придётся сражаться с простецами. Остановить пулю… — Он оглядел нас и покачал головой. — Едва ли хоть кто-то из вас способен сотворить подобное, поэтому единственный шанс победить — это…
И вновь я опередил с ответом всех остальных.
— Ударить первым!
Наставник кивнул.
— Ударить первым — быстро, точно и достаточно сильно, чтобы пробить защитный амулет, если вдруг у противника при себе такой окажется. Никакие изыски не нужны! Они лишь помешают и замедлят атаку.
Тут не выдержал Дарьян.
— А как же защита?
Девясил смерил его пристальным взглядом, вздохнул и признал:
— Защита — это важно, да только не с вашими навыками действовать от обороны. Ударите первыми — получите шанс пережить бой. Уйдёте в глухую оборону — сдохнете! Впрочем… — Он вновь вздохнул. — Приказы отторжения и остановки вы освоили, а значит, небеззащитны. Но атака — важнее!
Наставник вскинул руку, и с его пальцев сорвался оранжевый росчерк огненного удара, столь стремительный, что глаз едва уловил смазанную полосу пламени.
Стук, вспышка! Шорох оплавленных кусочков металла по брусчатке плаца.
— Этому вас учили? — спросил Девясил, глаза которого отнюдь не отличало оранжевое свечение. Он не был огневиком и вроде бы даже не имел склонности ни к какому аспекту вовсе. Преломления точно не проходил.
«Если тут и вправду слишком мало небесной силы для аспирантов и асессоров, наши шансы отработать долги и вернуться домой не столь уж и прискорбно низки», — подумал я, когда всех выстроили для оценки атакующих навыков.
Меня, Дарьяна, Беляну и Огнича поставили самыми последними, и дело оказалось точно не в склонности к белому аспекту, поскольку к нам присоединились ещё и Вьюн с Ершом, хотя на того же Лба наставник внимания не обратил.
— Вы, никак, излив сформировать успели? — догадалась Беляна.
Босяки разом кивнули.
— Вообще непонятно, чего нас в школу не взяли! — заявил Вьюн.
— Несправедливо, блин! — согласился с приятелем Ёрш. — Вот же Долян-сука подгадил!
