Ребята в их байкерской компании часто любили повторять расхожую фразу из известного фильма, что шашлык не терпит женских рук, и она с удовольствием с ними соглашалась. Но не потому, что считала это утверждение истинным — как раз, наоборот, Вика умела жарить на углях мясо гораздо лучше, чем они, не пересушивала, не пережаривала и не снимала с шампуров ещё сырым, да и различные маринады делала намного вкуснее — а из-за лени и нежелания возиться. Хотят мужики повыпендриваться, так и флаг им, как говорится, в руки.
При желании, попаданка и сейчас могла бы побаловать себя великолепным шашлыком. У неё всё необходимое для его приготовления было, включая и сочный кусок парного мяса, который под Сохранением хранился в одной из перемётных сум. Только, готовить для себя одной? Нет, не охота. Был бы с нею хотя бы Бегемот. Поди шляется сейчас по лесу с очередной подружкой, а о хозяйке и не вспоминает.
Едва так подумав, Вика поняла, что несправедлива к своему хвостатому другу. Наверняка, вспоминает и скучает — она котика хорошо изучила.
Попаданка вдруг осознала, что тоскует о Бегемоте больше, чем о Деборе. Эта мысль так неприятно Вику поразила, что она тут же её задвинула глубоко-глубоко в подсознание. Чтобы не высовывалась.
Всё же, и в самом деле, человек — существо социальное. Вика почувствовала, что одной ей скучно. А куда деваться? Не искать ведь себе первых же попавшихся попутчиков? Просто, надо двигаться быстрее к друзьям, они должны не сегодня, так завтра, прибыть в Лурот и ждать от неё гонца. Вот удивятся-то, когда увидят, что их повелительница сама явилась!
Как бы попаданке ни хотелось побывать в Глене, туда она заезжать не станет — и время не потеряет, и не будет риска нарваться на кого-то из своих орденских братьев и сестёр. В логове Волчицы имелись госпиталь и школа с довольно приличными по численности штатами. А уж свою-то повелительницу адепты Ордена всегда узнают, даже ставшей вдруг — спасибо земляку Олегу — рыжей. Вручение младшим мастерам их знаков при выпуске из университета лично госпожой Тенью стало традицией, и каждый выпускник имел возможность видеть повелительницу с расстояния вытянутой руки.
— Отдохнули, и в путь, — вновь на родном языке сказала она лошади, — Поехали, подруга, — Вика вскочила в седло и направила кобылу на дорогу.
Попаданка продвигалась сейчас по владению семьи Дебора, хотя сам Карлайт, не очень крупный, но, по слухам, очень красивый город, оставался чуть в стороне, южнее, тракта.
На свадьбе Урании Вика поближе познакомилась с отцом и сестрой своего любимого виконта — и Санок, и заневестившаяся Олна ей очень понравились. Умные, доброжелательные и открытые люди, из тех, кто, что называется, не станет держать камень за пазухой, а, случись какая напасть, открыто его швырнёт.
Впрочем, личные хорошие качества графа, графини и виконтессы-наследницы Карлайтских ничуть не облегчали жизнь их крепостных и сервов, в чём Вика убеждалась проезжая через деревни графства.
Та же, что и везде в сельской глуши, нищета, помноженная на присущий этому времени года — конец зимы — повальный голод среди крестьян.
Исчерпание продуктовых и фуражных запасов в графстве, однако, не помешало повелительнице прикупить в одном из сёл у местного тиуна с бегающими, вороватыми глазами торбу овса для своей лошадки — магия исцеления, конечно, дело хорошее, но и восполнять физическую энергию её транспорту надо и чем-то получше, чем только травка.
В свободные поселения Вика не показывалась, объезжая их стороной, и пережидала, скрываясь в лесу, прохождение встречных караванов, обозов или просто людей.
Это подневольные крестьяне не задавали вопросов — не осмеливались, почему молодая госпожа едет в одиночестве, а другие-то могли и поинтересоваться. Каждый раз что-то выдумывать попаданке не хотелось.
К середине пятого дня своего одиночного путешествия повелительница Тени достигла городка Вог, где от Гленского тракта была развилка на северо-запад к Луроту.
Объехав Вог по широкой дуге, попаданка устроилась в густом подлеске наблюдать за городскими воротами. Примерно через полтора-два гонга в направлении Глена вышел большой караван. Оставив четвероногую подругу привязанной к дереву, Вика ушла в Скрыт и Прыжком достигла головного фургона колонны. Весьма быстро подслушав и узнав не только имя главного караванщика, но и — совершенно неожиданная удача — об обозе, который на следующий день отправится из Вога в Лурот, она вернулась за лошадью и, дождавшись, когда последняя повозка скроется за поворотом в дубраве, верхом направилась в город.
— Ты откуда тут взялась, чудо рыжее? Почему одна? — с удивлением и насмешкой десятник стражи отвлёкся от осмотра также въезжавших в Вог двух скоморошьих фургонов и, оставив своего помощника, направился к Вике, остановившейся перед въездом на мост, перекинутый через жутко воняющий ров, — Или ты с ними? — он кивнул было на приезжих артистов, как разглядел на её груди знак Ордена, — Лекарка? Или наставница школы?
— Лекарка, — подтвердила попаданка.
