Я закатил глаза, но выслушал длинный список вооружения. Где-то две трети удалось урезать, но остальное пообещал. Заказал сразу же у Батиста, показав переписку с купцом духу предка. Жаныч мгновенно ответил, что сделает всё очень быстро, что означало срочную доставку, а значит дорогую. Но зато Митрофан Аникеевич окончательно успокоился и даже что-то приятное сказал.
Уладив очередную оборонительную проблему, я вернулся в дом, где меня уже ждал завтрак. Домашние давно поели, поэтому Прохор накормил меня примерно за всех.
Но я и не возражал, сил требовалось много, как восполнить день вчерашний, так и подготовиться к грядущему. Я тоже чуял — понадобится.
Мы уладили с дедом академические вопросы, с Тимофеем договорились встретиться вечером у залива — я хотел заняться перемещением острова. Помощник отчитался о делах и передал мне пожелания из деревни. Там всё шло хорошо, но меня ждали в гости, чтобы я лично всё увидел.
Собирая одежду для чистки, я обнаружил в кармане платок с той пылью, что была на подоконнике в комнате северянина. Надо же, вылетело из головы…
Так, время послеобеденное. Можно нанести визит алхимику, о котором мне рассказывал пристав. Наладить добрососедские отношения и заодно выяснить, что же за вещество поспособствовало дурману Гарольда. Ну или нет.
Тем более пора уже было собственную лабораторию строить, благо теперь было где. Баталов, как и обещал, прислал бумаги на остров, так что все формальности были соблюдены. Расширяться можно официально.
— Я ненадолго, — крикнул я в пустую кухню.
Все куда-то пропали, но хотя бы шума не было. Проверив ещё раз магические контуры, я прогулялся до Сытнинской улицы. Задержался возле рынка, улыбнувшись.
Раньше он был Обжорным, да и располагался на той стороне реки. Пока не сгорел полностью, чуть не подпалив и кварталы вокруг. Земля, напитанная уймой магии, не терпела ошибок, а уж особенно стихийников. И горело тогда всё, словно сухая щепа.
Сейчас здание было из камня, выглядело очень внушительно и больше напоминало один из корпусов коллегии, чем торговое место. Но, как и прежде, доносились ароматы выпечки, жареного мяса и призывы из купеческих лавок.
— Сдоба! Выпечка! Бараны! Лососятина! У нас самое свежее! Сегодня поймали!
Жизнерадостное разноголосье и пленительные запахи вынудили меня свернуть в открытые ворота. В конце концов, с пустыми руками приходить невоспитанно. Надо бы прийти с гостинцами, да такими, чтобы сразу алхимик меня принял как родного.
Могли пройти столетия, но рынки всегда оставались прежними. Здесь жили по своим законам и меняться не собирались.
Самые бросовые и яркие товары размещали на виду, такие, от которых рябило в глазах. Зазывалы орали каждый на свой лад, и этот шум плотно стоял над рядами лавок. Самые наглые выхватывали прохожих и буквально затаскивали внутрь. Но действовали умно — профессионально различали на первый же взгляд, с кем такое проделать возможно.
Ну и отдельное важное событие — торг. В ход шло всё — от возмущения и жалоб на растущие цены до закатывания глаз и даже обмороков. Причём как со стороны покупателей, так и со стороны продавцов.
Какие трагедии здесь разыгрывались!
На театральные постановки ходить не нужно было, подобной актёрской игры там не сыщешь.
— У меня пятеро детей, уважаемый, скиньте цену, как мне их прокормить?
— Ох, как я вас понимаю… У меня семеро! И восьмой на подходе. Поверьте, я бы пошёл на уступку, но больше десяти скинуть никак не могу. И то только для вас, как многодетного отца.
Выглядели оба, впрочем, вовсе не страдающими родителями. Да и торговались они за бочонок пива.
Невольно подслушивая эти разговоры, я выяснил, что с демографической ситуацией в империи точно всё в порядке. Чуть ли не у каждого второго детей было не меньше десятка.
Мне напихали полные руки листков с рекламой, пообещали огромные скидки, уйму подарков и уникальные товары со всех краёв земли.
Но, несмотря на толчею и шум, было что-то такое притягательное во всей этой атмосфере, что я получал удовольствие, прогуливаясь вдоль лавок. Разглядывал вывески, изучал диковинные товары и поражался буйству фантазии торговцев.
Чего только ни нашлось среди предложений. От высушенной кожи заморских белых элефантов, которая по заверениям по прочности превосходила все известные материалы, до заговорённых мышей! Грызунов предполагалось запустить на территорию, чтобы изнутри подорвать деятельность сородичей.
— Через пару недель всех прочих прогонят, — уверенно заявлял продавец хвостатых воинов.
— Допустим, — охотно поверил я, изучая зверьков, — они действительно находились под воздействием анималистической магии. — А их потом как прогнать?
— Изловить и продать, — не растерялся торговец. — Я обратно возьму за полцены. Сэкономите.
— А не проще кошку завести? — развеселился я, представив эту сложную схему.
— Это не гуманно, — выпалил тот. — Она ж их загрызёт, а тут же без вреда для живых существ. Да и гарантию даю, с кошкой же не факт, что получится. Возьмёт и откажется охотиться, они такие…
