Да уж, не позавидуешь ему. Пусть звучало диковато, в наше-то время и такое предубеждение. Явно за этим крылось что-то ещё.
— Сам виноват, — вздохнул алхимик. — Недосуг было заниматься знакомствами да связями. Проще откупиться было, чем разбираться. Так и одно за другим пошло. Теперь же понимаю, что любой станет вымогать по поводу и без. Стоило раз уступить…
Бывают такие люди, абсолютно неконфликтные. То есть неспособные на отстаивание своих прав и вообще на какие-либо споры. Похоже, что Воротынский был именно таким. Что удивительно, учитывая его профессию. Алхимики, как правило, весьма уважаемые люди, спрос на услуги которых никогда не утихал.
— Вы только не подумайте, я не жалуюсь. Сам виноват, повторяюсь. Но вас обязан предупредить, что репутация у меня не из лучших. Прознают на острове, что вы со мной дела ведёте — как бы и ваша не пострадала. Мне изгоем быть не привыкать, а вот вам не стоит.
— Насчёт этого не беспокойтесь, — улыбнулся я. — От нашего сотрудничества не только моя репутация не пострадает, но и ваша восстановится.
— Однако самонадеянно, — вскинул он брови, но заметно оживился. — Сотрудничество? Вы же говорили про консультацию.
Пока он рассказывал про непростые отношения с соседями, я успел изучить дом и его дар. Защитой он вообще не обзавёлся, так что сопротивления я не встретил.
Талант! Сокровище, я бы сказал.
Из лаборатории я уловил магические следы очень редких зелий. Старая школа, с тех времён, когда алхимики творили настоящие чудеса. Без них не обходился ни один маг. Они помогали целителям заживлять раны, стихийникам восстанавливаться и держать баланс источника, повышали урожайность, содействуя природникам, улучшали эффективность прочих магов.
Что уж говорить про артефакты. Напитывающие составы, которые делал я, были великолепны. Но и близко не стояли рядом с работой отличного алхимика. То, с чем я работал сутки, Воротынский справился бы за пять минут.
Алхимия была наукой, но наукой магической. То есть по итогу это сказывалось на источнике дара, меняя его. Чем-то алхимики были похожи на артефакторов, что касается ощущения магии и управления разными аспектами. Собственный дар словно угасал, но при этом сила распределялась по всем направлениям.
Я уже не мог различить, какой силой он владел раньше. Источник ровно и уверенно горел всеми аспектами.
И этот человек сидит себе среди этой чащи, вяло откупается от обнаглевших соседей и меня просит с ним не связываться, чтобы не пострадать?
— Игорь Ярославович, буду с вами тоже откровенен. Работы не просто много, а очень много. И будет ещё больше. С тривиальными задачами я к вам точно обращаться не стану, а вот со сложными…
Глаза алхимика разгорелись, и он выпрямился, поддавшись вперёд.
— Но сначала стоит разобраться с безопасностью и тем, чтобы вас никто не отвлекал.
— А что не так с безопасностью? — нахмурился он непонимающе.
— Ну вот, например, прямо сейчас, — я прислушался к магическому фону, — в вашу лабораторию пытаются проникнуть.
Мой спокойный тон на алхимика подействовал соответствующе. Беспокоиться он не начал, хотя было о чём.
От строения, находящегося где-то за домом, исходили такие эманации тьмы, что впору эвакуироваться и вызывать армию светлых магов. Что меня лично весьма удивило. Воротынский не производил впечатление человека, с которым решат разобраться такими средствами.
— Позволите мне самому глянуть? — всё так же хладнокровно спросил я.
— Ну если настаиваете… — Игорь явно не настолько желал туда идти, так что уступил мне охотно.
— Я скоро вернусь, — кивнул я, на ходу доставая кинжал.
Алхимик вздрогнул, увидев оружие, но от комментариев воздержался.
Быстро пройдя сквозь дом, я аккуратно приоткрыл заднюю дверь и выглянул. Лаборатория находилась метрах в десяти, и здание, как почти всё вокруг, укрывали заросли.
Отлично, смогу подобраться незамеченным.
По магическому фону окружающего проходили волны. Баланс нарушили, и сила мира сопротивлялась, стремясь восстановить его. Но орудовали не очень профессионально, что дало мне понять: внутри не самый умелый исполнитель, просто выполняющий инструкции.
При этом он особо не скрывался. До меня доносилась возня и звон склянок.
Нет, ну что за наглость! Хозяин дома, а тут так бесцеремонно вламываются.
Но больше меня возмущало отсутствие сигнальной сети. Точнее, когда-то она была и неплохая, но давно вышла из строя, и никто не позаботился починить. Лишь лабораторию оплетали нити удерживающего контура, но это ничуть не мешало проникновению.
— Бардак, — подытожил я и погрузился в иное зрение.
Врываться внутрь я не торопился. Во-первых, кто знает, чем вооружён преступник. Во-вторых — во время схватки вероятно задеть что-то взрывоопасное, чего у нормального алхимика должно быть в избытке. Лучше попробовать нейтрализовать угрозу отсюда.
Меня пронзила боль.
Чувствительность к мировой магии добавила неприятных ощущений, когда нарушали равновесие сил. Мой источник откликался на помеху, словно она была внутри.
Отгородившись от этого, я принялся за изучение.
