– …Пахнет грозою, в погоде видна перемена.Это ружьё ещё выстрелит – о, непременно!Съедутся гости, покинутый дом оживёт,Маятник медный качнётся, струна запоёт.Дышит в саду запустелом ночная прохлада.Мы старомодны, как запах вишнёвого сада.Нет ни гостей, ни хозяев, покинутый дом.Мы уже были, но мы ещё будем потом.

«Это ружьё ещё выстрелит?» – спросила она сама себя с надеждой.

Ответа не было.

<p>Часть 3. Выстрелившие ружья</p>…Мама, тут не любовь. Тут всё проще, страшней и быстрей.Это глупо себе разрешать, но нельзя запретить.На кону всё, что есть. Я без джокеров и козырейПеред тем, кого я не смогу, но хочу победить.Его тонкие пальцы ломают мне мозг. Дыбом шерсть.Он надолго пришёл. Плотно дверь за собою закрыл.Мама, мне нравится мальчик. Ему тридцать шесть.У меня его нет. Я готова на всё, чтобы был.Ольга Аничкова

Начались занятия.

Вика постаралась сразу же с головой влиться в новый ритм жизни, чтобы не оставалось времени ни на что другое. Особенно на всякие романтические страдания и глупые мечты.

А жизнь у неё начиналась, действительно, – абсолютно новая. Прежде всего, Вике пришлось привыкать к укладу и быту студенческого общежития. Данила, конечно, неоднократно предлагал ей пожить у него на съёмной квартире, пусть даже в его отсутствие. Но она отказалась, мотивируя тем, что хочет хлебнуть реальной общаговской жизни. На самом деле, она просто не была готова к настоящими семейным отношениям. Ведь, что ни говори, а когда пара начинает жить вместе, то у них уже появляются друг перед другом некие серьёзные обязательства, до которых она пока не дозрела.

– Далась тебе эта общага! – фыркнул Данила обиженно, когда она озвучила ему своё решение. – Хочешь узнать, как там живётся? Спроси меня, я очень хорошо помню годы своей голодной учёбы. Ежегодные самоубийства, вечная депрессия, запиваемая дешёвым алкоголем, плохой Интернет и невкусная столовая, а всё вместе это – общежитие ВГИК! – продекламировал он чуть ли не торжественно.

Вика показала ему язык и засмеялась:

– Ты что, нарочно хочешь меня запугать?

– Тебя запугаешь… – вздохнул он.

Она волновалась, что придётся бегать по многочисленным кабинетам с не менее многочисленными бумажками, прежде чем её заселят. Однако волокита оказалась минимальной. Когда вышел приказ о зачислении, у коменданта общежития появился электронный список с фамилиями студентов, на основании которого и производилось заселение. Вике выделили место в общаге прямо в день её обращения. Правда, комендант попенял, что она явилась так поздно – одной из последних.

– Есть свободное место, но жить придётся с девушкой-сценаристкой. То есть не с твоего факультета, – предупредил он. – Прости, но у актёров уже всё занято…

Вика, откровенно говоря, вообще не видела в этом проблемы. Ни с кем из своих однокурсников она всё равно ещё не успела настолько сдружиться, чтобы целенаправленно мечтать о совместной комнате. Сценаристка – так сценаристка…

Общежитие располагалось на улице Бориса Галушкина – четверть часа быстрым шагом до института. Здание было шестнадцатиэтажным; Вику поселили на девятом. Там практически не было артистов – в основном проживали студенты сценарного-киноведческого и режиссёрского факультетов. Удивительно, но они даже внешне отличались от актёрской братии: Викины однокурсники были молодыми, красивыми, яркими, непосредственными и даже с первого взгляда безбашенными; будущие же сценаристы и режиссёры выглядели сильно старше и значительно серьёзнее, некоторые парни отпускали бороды и усы, а девушки претендовали на интеллектуальную богему – кутались в шали или летящие шарфы, носили очки и короткие стрижки-ёжики.

Перейти на страницу:

Все книги серии Сто историй о любви

Похожие книги