Мой лучший друг поймал мой взгляд и громко крикнул:
– Наконец-то!
Я весело засмеялся, и мы крепко обнялись. Я был бесконечно рад его видеть.
– Смотрю, ты поднакопил массу за год! – хлопая его по плечу, гордо сказал я.
– Есть такое, – ответил он и признался: – Как же я чертовски скучал по вам! – а затем весело добавил: – Три мушкетера в сборе! Но только у одного из нас поистине мушкетерский мусташ![12]
Бодер лукаво глянул на Адель. Она недоумевающе заморгала, а я заглянул ей в лицо и в голос засмеялся. Над губами у нее остался коричневый толстый след от шоколада. Словно знаменитые усики Пуаро, по краям они были загнуты в лучших традициях знаменитого детектива. Адель достала телефон и глянула на себя, чтобы понять, что именно стало причиной такого веселья. Я видел, как на ее лице появляется выражение разочарования. Она точно не в таком глупом виде хотела встретить Артура. Красивое малиновое платье, ногти и даже босоножки кораллового цвета – все было тщательно подобрано. Быстро взяв себя в руки, Адель улыбнулась и с усердием оттерла салфеткой усы, а после с воодушевлением сообщила:
– Месье Луи Кантель может сделать миллионы на своем горячем шоколаде! Но я запрещаю пускать этот продукт в массы, ибо очень ревнивая женщина!
Артур без колебаний поднял ее кружку и сделал жадный глоток.
– А ну стоять! – завопила она. – Что не ясно в словах «очень ревнивая женщина»?
– Это действительно вкусно, а мушкетеры не были дамами! – отозвался Бодер, и она, сверкнув глазами, заявила:
– А ты медведь! Представляешь, «Артур» означает «медведь»! Ну вот теперь-то я начинаю верить в значение имени. Невоспитанный, неотесанный медведь!
Я глянул на раскрытую страницу книги, и что-то неприятное кольнуло в сердце. Первое имя, значение которого посмотрела Адель, было Артур. Конечно, я тут же сказал себе, что оно начинается с буквы А, самое начало алфавита. Но сколько бы я ни занимался самообманом, Адель тоже начинается на букву А. Однако она не открыла свое собственное имя, она посмотрела его.
Артур скинул рюкзак и сел за стол.
– А ну дай глянуть!
– Ты не помыл руки после дороги, – скрестив свои на груди, сообщила она.
Артур насмешливо поднял брови:
– А что, надо?
– Непременно, – строго ответила она тоном своей матери, отчего мне стало еще смешнее.
Бодер встал из-за стола, сделав смиренное лицо. Но проходя мимо Адель, он схватил ее и закинул себе на плечо. Адель запищала, и от ее писка разве что не лопнули стекла.
– А ну пусти меня!
