– Луи-Луи, побежали, надеюсь, тебе еще не выписали штраф!
И Адель была бы не Адель, если бы она не помчалась со всех ног в прямом смысле этого слова.
– Догоняй меня, Кантель! – звонко кричала она, и я побежал вслед за самой прекрасной девушкой в мире.
Мы подошли к машине, и Адель непонимающе нахмурилась и без всякого восхищения поинтересовалась.
– Это что еще за спорткар?
Я покачал головой:
– Знакомься, Адель, «шелби-кобра», шестьдесят четвертого года выпуска, но вижу, ты не особо впечатлена.
– Почему же, она красивая, но двухместная, и повезло, что я приехала с одним чемоданом, иначе бы весь мой багаж не поместился…
– Поместился бы, и мы втроем поместимся, будешь сидеть посередине, – пошутил я.
– Ну уж нет! – воскликнула она. – Будем ездить на другой тачке.
Я не смог сдержать улыбки, так скучал по ней.
– Все, не возмущайся, садись, пристегнись, и поехали.
– А Артур уже на месте?
– Пока нет, – коротко ответил я, надеясь, что никаких вопросов не последует.
У Артура вчера вечером был бой в Лас-Вегасе. Мы ей никогда заранее не говорили о датах его поединков – никто из нас не хотел, чтобы она смотрела их. Плюс в этом году он перешел в профессиональный бокс и участвовал в суперсерии, это был большой прорыв для него. Артур дошел до самого финала, но, увы, вчера вечером проиграл. Я смотрел прямую трансляцию, бой был очень тяжелый. Соперник оказался намного сильнее и выносливее. Мне кажется, это был один из самых кровавых поединков в истории бокса, и я не преувеличивал. Мне показалось странным, что Адель ничего не знала, потому что весь интернет с утра пестрел заголовками.
– Луи, дай свой телефон, я напишу эсэмэс Марселю, сообщу, что благополучно доехала.
Я подал ей трубку и спросил:
– А где твой?
– Родители еще вчера вечером забрали у меня телефон и компьютер, чтобы я с вами не связалась.
Это объясняло, почему она не в курсе событий. Я завел машину и поехал, а сам думал, рассказать ли ей про бой до того, как она увидит Артура, ведь его самолет должен был приземлиться через два часа в аэропорту Ниццы.
Адель надела солнцезащитные очки и подставила лицо солнышку.
– Как же тепло, Луи! Как же мне тепло… Я здесь начинаю дышать иначе – свободнее.
Мой телефон пискнул, она взяла его, прочитала сообщение и тут же сказала:
– Луи, прости, пожалуйста, я думала, это ответ от Марселя, но… – она запнулась, – это от твоей мамы… на тему клиники.
Я прикусил губу и провел рукой по волосам, взлохмачивая их.
– У меня получилось уговорить ее пройти лечение.
