На самом деле я понятия не имел, сумеет ли Мерлин спасти этих несчастных от смерти, но ведь если не сможет он — не сможет никто. И едва старейшины кивнули в знак согласия, отлично осознавая, что терять-то им нечего, отправился я прямиком к Мерлину и попросил о помощи. Чародей задумчиво нахмурился, почесал бороду, а после произнес:
— Никогда не видел я подобной заразы и не знаю, можно ли спасти этих людей. Но ведь болезнь — и есть болезнь. Если человек болен, то что-то терзает его, а значит, можно прогнать напасть. Скажи им, что я согласился, мой король. Завтра ночью — полнолуние. Пусть приводят своих больных сюда, на поляну. Да пусть принесут котел, самый большой, что есть у них, тот, куда можно опустить и человека. Сделаю, что смогу.
Поблагодарив волшебника, я передал его слова старейшинам, те были недовольны промедлением, ведь до завтрашней ночи заболевших может стать больше.
А в день, обозначенный Мерлином, явились все жители деревни, на деревянных жердях, связанных вместе, несли они больных, которых было не меньше дюжины.
— Здесь все? — поинтересовался волшебник, оглядев умирающих. — Никого не пропустили?
— Мы взяли всех, кто жаловался на здоровье, — ответил Айдан, тот, что был деревенским старостой. — Всех принесли сюда.
— Отлично, — Мерлин кивнул. — А теперь возвращайтесь в свои дома. Придете утром, когда рассветет. И заберете своих родичей. Надеюсь, что живых. Или заберете мертвых, коли будет на то воля Морриган.
От его слов мороз пробежал по коже, но я надеялся, что могучий колдун не подведет. Эти несчастные должны спастись!
Жители деревни, недовольно перешептываясь, удалились: им не нравилась мысль оставить своих умирающих родичей на волю чужеземного колдуна. Но выбора не было, в их присутствии Мерлин не стал бы проводить ритуал. Рыцарей он тоже попросил удалиться, позволив остаться лишь мне, да Борсу с Дагонетом, которые отличались самыми крепкими мускулами среди всех нас и легко могли закидывать несчастных в котел.
Тем временем Мерлин взмахнул посохом, что-то прошептал — и под котлом прямо из земли вспыхнул огонь, хотя дров вовсе не было. Мы терпеливо ждали, когда вода согреется и закипит. Едва закипело, Мерлин вытащил из своей сумы какой-то мешочек с порошком, развязал его и швырнул содержимое в котел, отчего жидкость в нем вдруг стала лиловой, забурлила, над поверхностью поднялся пар. Мерлин прочел еще несколько слов, простер над котлом руки, его глаза вспыхнули, — и варево в котле стало золотым.
— Вот теперь он похож на котел Дагды, — улыбнулся волшебник. Он снова взмахнул рукой и огонь в миг погас. Колдовское варево остывало.
— Быстрее, пока горячая, раздевайте их и по одному погружайте в котел! Потом нужно сразу завернуть в одеяла и уложить на траву.
Я помчался за одеялами, ведь их-то мы и забыли принести, а Борс и Даг принялись стаскивать с умирающих одежду. Едва они закончили, как Мерлин приказал нести первого бедолагу. Его погрузили в воду, окунув с головой.
К этому моменту подоспел я, за мной шел сэр Гарет, он помогал нести ворох одеял, которых нужно было много, мы отдали все, что были у нас, ничего, укроемся ночью плащами, тем более, теперь мы спали не под открытом небом, а в старой брошенной избе.
Дагонет и Борс тем временем по приказу Мерлина вытаскивали скоттов одного за другим из котла, мы с Гаретом заворачивали их в одеяла и укладывали на траву. Все они выглядели, будто мертвые, ни один не дышал и не шевелился. Приложив руку к груди одного из мальчишек, я обнаружил, что сердце не бьется.
— Эй! — крикнул я, — Эй, Мерлин! Они же мертвы! У них сердце не бьется. И они не дышат!
Я смотрел на колдуна, взволнованный и растерянный, он же невозмутимо повернулся и ответил спокойно:
— Разумеется. Конечно же, они мертвы. А как иначе ты хочешь прогнать хворь, мой дорогой король?
Он посмотрел на меня так, будто я был неразумным ребенком, и я с досадой отвернулся. Ну, дождется у меня чванливый чародей, если к утру эти люди не будут живее всех живых!
Рыцари между тем закончили свою работу, последний больной лежал на траве, и Мерлин приказал тоном, не терпящим возражений:
— Теперь, быстро, Борс и Дагонет, раздевайтесь! И тоже залезайте в котел.
— Нам-то зачем? — нахмурился суровый Борс.
— Иначе к утру ждет вас та же хворь, — беспечно откликнулся Мерлин. — А ну-ка, живо!
Рыцарям ничего не оставалось, как сбросить одежду и по одному искупаться в котле, из которого они вышли, в отличие от остальных, живыми, но обессиленными, с трудом смогли натянуть обратно штаны и рубахи и завернуться в свои теплые плащи, их колотил озноб, и они едва стояли на ногах.
— Теперь отдыхайте, — велел волшебник. — Зелье отнимает много сил.
— А что делать нам? — поинтересовался я. — Нам тоже нужно окунаться в котел?
