Монсун подошла вслед за Летом и посмотрела на брата.
– Я сразу догадалась. Дождь смывает всё напускное, между прочим, и открывает истинное.
– Лгунья! – закричала Весна, направляясь к ним.
– Я первый с ними заговорил, – сказал Зима, – и сразу заподозрил неладное.
– Чем вам помочь? – спросил Лето.
– Так, – начала Мини, – нам нужно оружие…
Ару пихнула её локтем в бок.
– Ничем вы нам не поможете, – отрезала она и помахала рукой на прощание. – Подвиньтесь, пожалуйста. Ваша тень касается моей.
– О, простите, пожалуйста, – извинилась Монсун. – Я не заметила.
– Неважно, – отмахнулась Ару.
– Мы можем дать вам оружие и защиту! Я сделаю лучше всех! – воскликнул Зима.
– Хм… – промычала Ару. Она ещё немного выдержала паузу, а затем сказала: – Докажите.
Зима, Лето, Осень и Монсун синхронно кивнули.
– И если моя подруга, – Ару указала подбородком на Мини, которая как раз примеряла солнцезащитные очки, – будет не против, тогда, так и быть, я приму ваши жалкие и убогие подношения.
Зима энергично закивал в ответ. Он распахнул руки, и перед Ару развернулась накидка из тончайшего льда. Одним движением руки он превратил её в бриллиантовый браслет и передал Мини в чёрной бархатной коробочке.
– Брось его куда-нибудь, и он моментально заморозит твоего врага. К тому же браслет – прекрасный аксессуар. Выполнен со вкусом, элегантный, никогда не выйдет из моды… – начал он перечислять достоинства своего оружия.
– У меня есть кое-что получше! – заявила Весна. – Хоть вы и Пандавы, но вы ещё и дети. – Ару прищурилась, и женщина поспешно добавила: – Я, конечно же, совершенно не хочу вас обидеть!
Весна вытянула увитые травами руки, и перед ней в воздухе возник куб, сплетённый из тысячи цветов. Она щёлкнула пальцами, и он превратился в причудливую кондитерскую коробку. Женщина открыла её, и внутри оказались два маленьких квадратика, покрытых розовой глазурью с цветочком наверху. Птифуры!
– Печенье для отдыха и обновления, – гордо изрекла Весна. – Этим я и знаменита: после зимней спячки обновляю мир. Даже от одного кусочка возникнет ощущение, что вы отдыхали несколько дней. Желудок наполнится, вы не будете испытывать физической боли и усталости. И для кожи тоже полезно. Пожалуйста, окажите мне честь и съешьте по штучке.
Заинтригованная Ару взяла одно печенье и запихнула в рот целиком. В тот же момент ноги перестали болеть. У неё было такое чувство, будто она только что выспалась, да так хорошо, как никогда раньше. И ей больше совершенно не хотелось есть. На вкус печенье оказалось нежным, с цветочным ароматом, как одно из тех дорогих кондитерских изделий со вкусом розы, которые мама привозила из своих поездок в Париж. Да уж, это будет получше «орео».
Мини съела своё печенье и сразу же засияла.
– Понравилось? – выжидающе посмотрела на них Весна.
– Да, съедобно, – ответила Ару, забирая коробку. – Сойдёт.
Монсун наколдовала перед ними целый водопад, потом что-то прошептала, и он превратился в серебристую подвеску.
Монсун вручила её Ару.
– Это мой подарок тебе, Пандава. Так же как вода может проникнуть куда угодно и добраться до чего угодно, эта подвеска, если её бросить, сможет настигнуть любую цель, как бы далеко та ни была. Но помните: после точного попадания вы почувствуете разочарование. Это цена, которую надо платить, ведь иногда мы преследуем смертельно опасные цели и поступаем безрассудно.
Ару подумала, что это очень несправедливо: почему только к её волшебному предмету прилагались какие-то условия? Но ситуация была не та, чтобы отказываться от подарка. Ожерелье пролетело по воздуху из рук и обвилось вокруг шеи Ару. Оно оказалось холодным и влажным.
Лето склонился перед Мини.
– Пандава, прими и наше приношение, – сказал он.
Воздух замерцал, и из-под земли вырвались тонкие языки пламени. Они закручивались в спираль, а потом сплетались между собой, превращаясь в самый красивый ободок для волос, что Ару только доводилось видеть. Казалось, он был сделан из раскрошенного золота, а украшали его нежные розы и блестящая бабочка, чьи крылья напомнили Ару витражи.
– Мой сезон – это время лени, жары и забвения под обжигающим солнцем, – театрально сказало Лето. – Чтобы отвлечь врага, будет полезно заставить его что-нибудь забыть. Тот, на ком будет этот ободок, словно опьянеет и забудет о самом важном.
– Но… э-э-э… – начала заикаться Мини, опасливо глядя на аксессуар.
– Пандава может смело носить его.
Мини задумчиво кивнула, и Ару представила, как над её головой зажглась неоновая надпись «Моё! Это моё! Мухаха».
Конечно, ободок выглядел милым и всё такое, но Ару даже под страхом смерти не стала бы его носить. Из-за подобных украшений её не очень длинные волосы странно торчали в стороны, и она становилась похожа на плащеносную ящерицу с оборкой на шее.
Они подошли к выходу из зала Времён Года. Буу потрясённо смотрел на Ару. Мини гладила новый ободок и улыбалась.
Ару потрогала ожерелье.
– Эти подарки подойдут, – грубо сказала она. – Если они нам понравятся, мы…
