Он шалел от ее покорности. Хорошо знакомая опасная дрожь нарастала в животе: ненасытный зверь, дремлющий в логове, скрытом глубоко внутри, медленно пробуждался и, глухо урча, поднимал мохнатую морду. Беспощадный и прожорливый хищник, сутками лишающий людей сна в боевых походах, алчущий пороха, крови, тысяч жертв и ключей от завоеванных городов, сейчас, истекая похотливой слюной, требовал извращенного утоления плоти. Требовал ее, послушную любящую девочку, скованную цепями, словно подготовленную для жертвоприношения.
Стараясь удержать зверя на коротком поводке, Фатих глубоко дышал носом, его ноздри раздувались, в глазах появился холодный блеск.
– Иди ко мне!
Арзу застыла в нерешительности, скорее почуяв исходящую от него угрозу, чем услышав едва уловимую смену интонации.
– Арзу! В чем дело?! Мне повторить дважды?!
Она поспешно приблизилась к Повелителю, опустив голову, стараясь не смотреть ему в глаза. Он провел ладонью меж бедер девочки, чувствуя ее легкий трепет, и грубо засунул пальцы сразу в оба отверстия. Они раскрылись великолепно, легко и сразу, как фолиант на излюбленном месте: она опять намокла.
Вздрогнув от неожиданности, Арзу ахнула, непроизвольно сдвинув бедра. Вновь слабо звякнули цепи. На ее лице промелькнул испуг. Зверь привстал на передние лапы и облизнулся, высунув красный язык.
– Стой смирно, маленькая блудливая дрянь! – Повелитель сжал пальцы внутри ее тела и шлепнул девочку по ягодице. – Не дергайся!
Арзу оцепенела.
Фатих повернул ее лицо к себе. Она взглянула в его глаза: они отливали сталью. Помутненное от вина сознание девушки силилось определить, серьезно говорит султан или опять ведет излюбленную игру.
– Не приведи тебе Аллах, детка, ослушаться своего Господина! – тихо и размеренно произнес он, удерживая ее подбородок цепкими пальцами.
«Нет. Этого не может быть. Он играет. Ты не давала повода для наказаний».
– Не вздумай противиться моим желаниям или перечить – изобью до полусмерти! – он улыбался одними губами, не отводя взгляда. – Понятно?
Арзу кивнула и поежилась: по коже пробежал неприятный холодок. Перед глазами возникло изуродованное кнутами тело несчастной Сирин. «Нет. Неправда. Не бойся! Он просто мстит… за дрожащие руки… за проявленные чувства. Он хочет, чтобы ты испугалась». Выпитое вино придавало храбрости. Непонимание будоражило разум. Тело стонало и требовало финала игры.
– Я не слышу, Арзу! Тебе понятно?!
– Да, мой Господин.
Он играл… отчасти, одновременно укрощая и подкармливая взбесившегося от похоти зверя, действительно желая мести за свои напрасные страдания, за неуместную нежность, за то, что показал свою слабость, чуть не признавшись в … Он! Хозяин и властитель империи! Кому?! Своей собственности, истекающей соками от одного удара плетки, от одного прикосновения пальцев! Рабыне! Ничтожеству! Ненасытной сучке, принимающей от него в дар ласки и наслаждение и доводящей своими капризами до душевных мук! Зверь бесновался, рычал и рвался с поводка. Ну, что ж, настало время расплачиваться. Хозяин поставит ее на место. Теперь его черед получать удовольствия, и он их сейчас получит!
– В «классную» комнату! Быстро!
Фатих резко развернул Арзу и толкнул в противоположный угол спальни. Она послушно направилась к тайной двери. Он шел позади нее. Поравнявшись с ложем, Арзу споткнулась босой ногой о валяющуюся на ковре плетку, замешкалась, перешагнула через нее и, дойдя до двери, обернулась. Султан тоже перешагнул через плетку, пара шагов отделяла его от девушки.
Она почти уверилась, что это игра. Ей было хорошо известно все, что находится за дверью. Колесо, столб с перекладиной, цепи… Ах да, кнут! Но она выдержит. Сегодня Арзу окончательно убедилась в том, что Господин любит ее. Любит до дрожи в руках, а значит, не сможет причинить настоящую боль. Тело по-прежнему хотело его. Она сама решила остаться. И он обрадовался – она видела! Ей нечего бояться. Она заигралась, не подозревая, что зверь почти перегрыз поводок.
Арзу не знала, зачем сказала это. Сказала и дико, до одури, испугалась, но было поздно.
– Мой Повелитель, ты забыл плетку.
Ее смиренный голосок резанул Фатиха по ушам. Он замер, не сразу осознав смысл фразы. В следующую секунду лицо Повелителя перекосилось от ярости, глаза полыхнули огнем. Обезумевший хищник, оскалившись и распахнув алую пасть, ринулся на свободу. Арзу вжалась спиной в дверь и медленно опустилась на колени. Фатих не двигался с места, а зверь остервенело рвался к сжавшейся в комок обнаженной девочке, роняя с ощеренных клыков ядовитую слюну. Он жаждал насытиться лучшим лакомством, о каком только мог мечтать – ее ужасом. Султан медленно нагнулся и поднял плетку.
– Нет! Прошу тебя! Умоляю! Нет! Я не хотела! Отпусти меня! Пожалуйста! – она тряслась, как в лихорадке.
– Заткнись!!!
Он окинул удовлетворенным взглядом замолкшую девочку и усмехнулся.
