Арзу посмотрела на Эмине, моргнула и попыталась улыбнуться разбитыми губами.
– О, Аллах! Что ты сделал, Фатих? Что ты с ней сделал?!
– Заткнись, Эмине, – прошипел султан, – что ты орешь?! Ты ее пугаешь.
– Что?! – жена сбавила громкость. – Я пугаю?! Я?! Да ты с ума сошел!
Арзу опять заплакала. Фатих оттащил жену от ложа, развернул к себе лицом и сильно встряхнул за плечи.
– Послушай меня! Успокойся и слушай внимательно. Сейчас ты возьмешь Арзу, ее рабынь, лекаря, массажисток и отправишься с ними в мой хамам. Его уже готовят. Никакой горячей и холодной воды, только теплая! Очень нежный расслабляющий массаж! И осторожно… там. Скажешь Узману, пусть приготовит самый сильный обезболивающий отвар… с опием. И мази, он знает какие. Поняла?!
Эмине кивнула.
– Но… почему ты сам не скажешь Узману?
– Дьявол, Эмине! Потому что так нужно! Хватит вопросов! У нее неопытные рабыни. Ей сейчас нужна ты. Проследи лично за всем этим, иначе…
– Что иначе, Фатих? Убьешь меня? – она уже взяла себя в руки и опять ерничала.
– Что? Тебя? Нет. Конечно, нет, любимая, – султан наклонился к самому уху жены и ласково произнес, – отрублю язык и пальцы одному молодому евнуху, а потом и кудрявую голову.
Жена вздрогнула, закусив губу.
– Не беспокойся, мой Господин. Я сделаю все, что нужно.
– Прекрасно! Я никогда не сомневался в тебе, дорогая, – он ехидно улыбался.
«Тварь!» – она не поднимала глаз, нервно сжимая в кулаках подол платья.
«Остынь чуть-чуть, добродетельная стерва».
Арзу застонала. Эмине бросилась к ложу.
Было далеко за полдень, когда Фатих появился в апартаментах Арзу. Эмине давно ушла, но верный Узман, конечно же, находился здесь – сидел на полу возле кровати и явно не ожидал увидеть Повелителя. Быстро поднялся и согнулся в безмолвном поклоне. Фатих терпеливо ждал, когда он выпрямится, и спокойно встретил его взгляд. Лекарь смутился: Господин был великолепен и как прежде уверен в себе. Легкая, чуть насмешливая улыбка играла на его губах.
– Мой Повелитель, Госпожа…
Фатих предостерегающе поднял палец, отрицательно покачал головой и кивнул на дверь. Врачеватель опять поклонился и быстрым шагом покинул спальню.
Сейчас султан не ошибался. Удивление и зависть. Вот что он прочел в мимолетном взгляде лекаря. «Так-то лучше, обличитель. Ладно, вечером получишь еще золота», – Фатих улыбнулся шире.
Он чувствовал себя прекрасно. После невероятно бурной ночи Повелитель впервые за долгое время провалился в глубокий сон без душевных терзаний и мучительных сновидений и отлично выспался. А когда проснулся, сразу же вспомнил ее и с удовольствием осознал, что абсолютно счастлив.
Маленькое, хрупкое, замученное, несчастное счастье лежало сейчас перед ним на белоснежном ложе, укрытое тонким покрывалом. Оно не исчезало, не ускользало, можно было протянуть руку и дотронуться до него. Фатих именно это и сделал: тихонько присел на кровать и протянул руку. Арзу открыла глаза и вымученно, виновато улыбнулась. Он откинул покрывало, погладил ее голую ногу, ощутив ладонью шершавую ссадину на колене. Засунул пальцы под рубашку, осторожно провел ими между бедер девочки. Она застонала, послушно раздвинув ноги.
– Плохо дело, да, детка?
Чуть поморщившись, Арзу кивнула головой.
– Прости меня, мой Повелитель, – прошептало счастье, – я больше не буду так… шутить.
Фатих рассмеялся. Он наклонился и нежно коснулся губами завитков волос на виске.
– Я уже соскучился по тебе, любимая…
Арзу прикрыла глаза и судорожно вздохнула. Повелитель взял ее руку, и она почувствовала прикосновение холодного металла к коже. Удивленный взмах ресниц: на безымянном пальце красовалось массивное золотое кольцо с черным бриллиантом в несколько карат.
– О, благодарю тебя, мой Господин! Мне… готовиться к ночи? – тихий покорный голос дрожал, в нем явно слышалась надежда на отказ.
Фатих опять рассмеялся.
– Ты же только что обещала больше не шутить со мной, детка.
– Я… не шучу… Я очень хочу быть с тобой, но…
Султан посерьезнел.
– Нет, Арзу. Оставайся в кровати и отдыхай. У меня есть другое предложение. Может быть, ты пригласишь меня на ужин?
– Я? Тебя? Но… как?
– Очень просто. Я велю подать еду сюда. Можешь даже не одеваться.
Фатих опять склонился к ее уху:
– Я не дотронусь до тебя, любимая. Обещаю.
Она взглянула на него с благодарностью и недоверием. Султан улыбнулся:
– Ну… разве что совсем чуть-чуть, детка.
В ту ночь Повелитель сдержал обещание. Он ласкал свое счастье со всей нежностью, на какую только был способен. Истерзанное тело любимой женщины стонало и исцелялось под его губами и волшебными пальцами. И всю ночь Аллах не только смотрел на него ее глазами цвета небес, но и шептал ее устами восхитительные слова любви.
Следующие регулы не пришли, и очень скоро внимательный лекарь констатировал беременность.
*****
Шум за окном усилился. Цокот копыт и приветственные крики рывком вернули Арзу из долгих воспоминаний в действительность. Судорожно запахивая халат, она бегом бросилась к окну, разом забыв про свою недавнюю слабость.
