С небольшой задержкой Гермиона поняла, что это была шутка. Ей казалось, она говорит не со Снейпом, а с собственным подсознанием, в котором наконец наружу вылезло то, что так долго скрывалось в тени. Самые неприглядные мысли, самые жуткие предположения оказались настоящими. Гермиона поняла, что погналась не за тем белым кроликом и теперь летит в такую нору, где точно не будет мягкой посадки.
— И к чему он привёл, ваш эксперимент? — она вполне реально ощутила горечь от заданного вопроса на кончике языка.
— Что ж, мне удалось убедиться, что вы всё-таки не предпочитаете мне Люпина, — Снейп чуть заметно пожал плечами. — Сначала я полагал, что вы просто не хотите выбирать кого-то одного: амбициозность, жадность до внимания, особенно мужского — вам это вполне свойственно. Вам бы маховик времени: день с одним, затем день с другим. Так бы намотали лет десять и разницу в возрасте наверстали. Жаль, что все маховики уничтожили.
— Тогда мне пришлось бы вести двойную жизнь, — невесело хмыкнула Гермиона. — Кому как не вам знать, что это непросто.
— Согласен, — кивнул Снейп. — Да и мир бы не выдержал двух Гермион Грейнджер.
Напряжение нарастало как в музыке, так и между ними. Танец близился к своему кульминационному моменту. Через два такта им предстояла смена партнёров. Но Снейп, казалось, решил пренебречь этим правилом.
— Вы просто не можете сделать выбор, — его голос прозвучал прямо над её ухом, когда в порыве точёных движений её партнёр позволил себе нарушить между ними дистанцию. — Вы будете выбирать до скончания веков, Гермиона. Такова ваша натура. Но кого бы вы в итоге не выбрали, все равно будете жалеть о втором варианте.
Последние ноты вальса эхом разлетелись по Большому залу. Снейп воспользовался моментом общего ликования и ловко поднёс руку девушки к своим губам и поцеловал костяшки её пальцев.
— Это не может продолжаться бесконечно, — полушёпотом сказал он, не прерывая зрительного контакта. — Люпин — человек более строгих моральных принципов, но даже я не смогу прожить всю жизнь с мыслью, что в моих отношениях с любимой женщиной есть кто-то третий. Если вы оставите его, он вас простит.
В зале сделалось тихо. Студенты благодарили преподавателей за вальс и торжественно пожимали друг другу руки. Танец был завершён, но для Гермионы он только начинался.
========== Глава 41 ==========
Нью-Йорк, 5 лет спустя
Свежий запах дождя наполнил комнату вместе с приходом Гермионы. Она торопливо сняла с себя большой вязаный шарф и бросила его на вешалку.
— У тебя так душно! — прошелестел её бодрый голос в прихожей.
Северус Снейп нехотя оторвался от утренней корреспонденции. Писем в понедельник, как обычно, было больше ожидаемого, и каждое требовало внимания. Сняв очки, зельевар устало потёр переносицу. Меж тем до обеда было ещё больше часа.
— Что нового? — с порога его кабинета спросила Гермиона. — Есть новости от Шарпа?
— Нет, от него ничего, — Снейп устало повёл плечами и откинулся на спинку кресла. — У него в новом номере и так будут две мои статьи о вредных свойствах концентрата асфоделя.
— Новое исследование?
— Скорее хорошо забытое старое.
Они обменялись улыбками. Гермиона в последнее время очень переживала, что издатель нью-йоркского «Совета зельеваров» постоянно присылает корректировки работ Северуса: усложнённая терминология якобы идёт вразрез с их редакционной политикой. Снейп старался с этим не спорить, но иногда его задевали некоторые ремарки.
— Кстати, пришло письмо из Хогвартса, — заявил он, подняв из стопки пергамент с надломанным сургучом. — Новый преподаватель зельеварения пожелала проконсультироваться относительно программы продвинутого курса для выпускников. Каково?
С чувством триумфатора он бросил письмо обратно в стопку. И всё же что-то с этой новостью было не так.
— Ты огорчён? — осторожно спросила Гермиона, подходя к Снейпу слева. — Разве Минерва не писала тебе неделю назад? Кажется, она до сих пор ждёт твоего возвращения.
Она остановилась в нескольких сантиметрах от его кресла и присела на край стола.
— Нет-нет, исключено, — Северус покачал головой. — Я ответил ей, может, слишком резко, но иначе просто не мог.
Даже спустя столько лет переписка с МакГонагалл вызывала у него что-то среднее между ужасом и раздражением. Он нервничал несколько дней после получения письма и ещё столько же после его отправки. Ему было неловко ответить ей «нет», но и согласиться на некоторые её просьбы он тоже не мог. Так было и с работой в Хогвартсе.
Уже пятый год наблюдая эти хождения по мукам, Гермиона искренне жалела, что не может ничего изменить.
— Тебе стоит честно написать ей, что преподавать в университете тебе нравится больше, вот и всё, — сказала она и ласково погладила его по руке.
— Я не могу её так оскорбить! — возразил Снейп. — Ненавижу ей отказывать. К тому же новый зельевар — дама неглупая. Никогда не думал, что скажу такое.
Брови Гермионы взметнулись вверх в удивлении.
— Дама? — сдерживая улыбку, переспросила она. — Кто же это?
— Некая Хелена Смит, — зачитал Северус подпись на конверте. — Такое странное имя.
— Да? Никогда о ней не слышала.
