Едва шагнув из-за спины Кингсли, Гермиона с трудом сдержалась, чтобы не броситься между ними. Она была единственной в этом зале, кто знал о Снейпе то, о чём другие и догадаться не могли. Его тайна — тайна, которая могла бы очень многое изменить, оставалась нераскрытой, и выдать её сейчас было бы просто немыслимо. Гермионе оставалось лишь молча наблюдать за тем, что происходило между её лучшим другом и мужчиной, которого она всё-таки любила.
Снейп направил палочку на Гарри, но не торопился атаковать. Поттера тут же оттолкнула профессор МакГонагалл — именно она начала дуэль. Снейп легко отбивал её атаки и всё же отступал. Гермиона сначала не могла понять, в чём дело: поединок выглядел так, словно это МакГонагалл оттесняет противника назад. Но только присмотревшись, она разглядела совсем другой план этой схватки: Снейп сам отступал. Отбивая первую атаку, он вывел из строя обоих Кэрроу, а затем предпочёл только защищаться. У него была возможность атаковать и кардинально изменить перевес в свою пользу — Гермиона прекрасно помнила его дуэль с Ремусом. При всём уважении к профессору Макгонагалл, она действовала значительно медленнее и поначалу не очень решительно, поэтому справиться с ней Снейпу не составило бы большого труда. Если бы он того хотел.
— Трус! — воскликнула Минерва, когда её противник обернулся чёрной тенью и поспешно ретировался. — Трус!
Гермиона рефлекторно дёрнулась вперёд вслед за Снейпом, но вовремя опомнилась. У него не было выбора: он должен был сбежать. Не потому, что испугался — едва ли его удивило появление Ордена в Хогвартсе. Когда профессор МакГонагалл назвала его трусом, Гермионе с трудом удалось прикусить язык. И это было ужасно несправедливо! Сколько раз Снейп слышал это оскорбительное слово в свой адрес, совершенно неприменимое к нему! Ведь на самом деле он был… самым храбрым человеком, которого она знала.
В этот же мгновение Гермиона почувствовала прикосновение к своей руке: ещё не обернувшись, она знала, что это Ремус. Разумеется, он всё понимал. Удивительным образом он оказался единственным человеком, который не торопился обвинять Снейпа во всех смертных грехах. Даже после того случая в Малфой-мэноре Люпин не выказывал никакого презрения, защищал его на собрании. Даже его ревность, так старательно им подавляемая, но проскальзывающая между строк, не изменила его отношения к зельевару. Ремус был так… великодушен?
С исчезновением Снейпа Хогвартс на несколько мгновений снова стал прежним: профессор МакГонагалл вернула свечи, столы, зачарованный потолок. Даже солнце ненадолго вышло из-за туч, но так же быстро утонуло за горами. Впрочем, ликовать времени не было: все понимали, что обратный отсчёт до великой битвы уже начался. В подтверждение этому Волдеморт обратился ко всем защитникам Хогвартса, выдвигая свой первый ультиматум. Он требовал выдать ему Гарри и уверял, что в этом случае никого больше не тронет. Вполне возможно эти слова были только ловушкой. Орден в экстренном порядке принялся обсуждать план дальнейших действий.
— Волдеморт наверняка начал догадываться, что ты уничтожаешь крестражи, — произнёс Сириус. — У нас мало времени, Гарри, поэтому нужно поспешить.
— Но он ведь даже не знает, где его искать!
Искреннее изумление Рона было весьма своевременным и не лишённым здравого смысла. О местонахождении диадемы Райвенкло (если она и была крестражем) никто ничего не слышал последние двести лет. Не сохранилось даже колдографии или описания этой реликвии. Искать диадему, действительно, предстояло вслепую, но ограничения во времени делали эту миссию невыполнимой.
— У мистера Поттера будет столько времени, сколько потребуется, — вдруг заявила профессор МакГонагалл, а затем обратилась к самому Гарри. — Делайте то, что считаете нужным. В Хогвартсе всегда тот, кто просит помощи, её получает. Мы позаботимся о том, чтобы Волдеморт пожалел о том, что решил напасть на школу.
Этого было достаточно для того, чтобы начать подготовку к сражению. В замок начали прибывать бывшие студенты и авроры, откликнувшиеся на призыв о помощи. Их оказалось немало, но никто не знал, какой армии придётся противостоять. Несовершеннолетних студентов, а также тех, кто не захотел сражаться, было решено отправить по домам. Контраст был поразительным: некоторые младшекурсники отчаянно возражали, желая принять участие в защите Хогвартса, в то время как студенты старших курсов активно исчезали в зелёном пламени камина или аппарировали. Кроме того, далеко не все слизеринцы остались в стороне, несмотря на стереотипы и предубеждения против них. МакГонагалл была поражена: остались даже те студенты, чьи родители производили впечатление людей с совершенно противоположными политическими взглядами. И это было поистине воодушевляющим зрелищем!
По совету Полумны Гарри и Рон отправились искать Серую даму — она могла знать, где Волдеморт спрятал диадему. Гермиона же осталась с преподавателями внутри замка для того, чтобы наложить чары дополнительной защиты.
