Я замедлил шаг, чтобы поравняться с Кларком. Наши шаги гулко отдавались от каменных стен, создавая зловещее эхо.
— Кларк. Эта… атмосфера. Для твоего города это нормально?
Он не обернулся, глядя прямо перед собой. Плечи напряжены, словно он ждёт удара в спину.
— Дальнегорск не живёт, Макс. Он функционирует. Как механизм. Только сломанный.
— А кто его сломал? — подал голос Сет.
Кларк молчал так долго, что я решил — не ответит. Потом тихий, вымученный ответ:
— Мы сами. Сами и сломали.
Эти слова повисли в мёртвом, спёртом воздухе. Мы шли не просто по улицам. Мы шли по кладбищу надежд.
На одной из площадей мы увидели то, что когда-то было фонтаном. Бетонная чаша с застоявшейся, мутной водой. В центре — изуродованная статуя. Кто-то пытался её разбить, но бросил на полпути. Осколки камня, рваные куски металла. Памятник вандализму и бессильной злобе. Даже камень здесь не выдерживал.
— Весёлая перспектива, — Сет с отвращением смотрел на это убожество.
— А мы сюда надолго? — Голос Шелли был тихим, полным желания, которое я разделял на все сто процентов: свалить отсюда. Как можно скорее.
— Посмотрим, — бросил я, хотя внутри уже всё понял.
Нет. Отсюда мы так просто не выберемся. Этот город — ловушка. Снаружи — мрачная, монументальная. Внутри — гниющая и смертельно опасная.
И мы только что в неё вляпались. По самые уши.
Резиденция Кларков торчала передо мной, как гнилой зуб в пасти серого, унылого города. Огромная цитадель из черного базальта, которая, казалось, не отражала, а всасывала сам свет. Даже на расстоянии от этой громадины несло могильным холодом, и дело было не в архитектуре, а в самой ее ауре. Что-то давило, вызывая инстинктивное желание развернуться и уйти.
— Добро пожаловать в мой дом, — сухо бросил Кларк, когда мы замерли перед массивными воротами. В его голосе не прозвучало ни капли гордости или хозяйской радости. Просто свинцовая, застарелая усталость.
— Веселенькое у тебя гнездышко, — пробормотал Сет, с неподдельным интересом разглядывая голые черные стены. — Прямо как в сказке. Про очень злую и нелюдимую ведьму.
— Сет, — одернула его Ада, но я заметил, как она сама поежилась, вскинув взгляд на эту махину.
Ворота разошлись без единого скрипа. Бесшумно, как пасть хищника. Идеально смазанные петли. Встретившие нас слуги-террианцы двигались как тени — быстро, беззвучно, с абсолютно пустыми, ничего не выражающими лицами. Ни улыбок, ни лишних слов. Только механические поклоны и направляющие жесты. Жутковатое, блин, гостеприимство. Словно попал на экскурсию в мавзолей.
— Кларк, — тихо окликнул я, когда мы шагнули в исполинский главный зал. — Тут всегда такая… жизнерадостная атмосфера? Или это вы специально для нас постарались?
Посол обернулся. В его глазах на мгновение промелькнула горькая усмешка.
— Террианцы не особо склонны к проявлению эмоций, Макс. Особенно в присутствии чужаков. Мы ценим сдержанность.
Внутри оказалось еще хуже, чем я думал. Потолки терялись где-то вверху, во мраке, который не могли разогнать редкие и тусклые факелы. Воздух — холодный, спертый, с запахом вековой пыли, камня и чего-то еще, неуловимо неприятного. Будто залы не проветривали лет сто. Все поверхности — холодный черный камень, тусклое железо, позеленевшая от времени медь. Ни одного яркого пятна, ни одного ковра, ни намека на уют. Настоящий склеп для живых.
— Господин Кларк. — К нам, будто материализовавшись из тени, скользнул управляющий. Худой террианец с бритой головой и холодными желтыми глазами рептилии, которые, казалось, смотрели сквозь тебя. — Комнаты для гостей подготовлены в северном крыле. Лорд-регент размещен в укрепленных покоях под охраной.
— Хорошо, Зет. Позаботься, чтобы охрану усилили вдвое. И никого к нему не пускать без моего прямого разрешения. Никого.
— Слушаюсь. — Управляющий поклонился и растворился в тенях так же бесшумно, как и появился. Даже сквозняка не оставил.
Шелли незаметно прижалась ко мне. Я почувствовал всем телом ее мелкую дрожь.
— Макс, здесь так холодно. И дело не в температуре воздуха.
Она была абсолютно права. Это место давило на психику, высасывало силы.
— Знаю, милая. — Я обнял ее за плечи, притянув к себе. Тепло ее тела было единственным живым пятном в этом каменном мешке. — Потерпи немного. Надеюсь, мы тут надолго не задержимся.
Грэг шагал рядом, во все глаза глядя на мрачные своды. Даже Гель, его маленькая ящерка, притихла на плече, вжавшись в шею пацана. Обычно игривая и любопытная, сейчас она словно пыталась стать невидимкой.
— Пап, — шепнул он, дернув меня за рукав. — А мы тут точно в безопасности?
Рука сама легла на рукоять меча, пальцы привычно сжались. Мышцы напряглись, готовые к любой пакости.
— Пока да, — ответил я, хотя сам в этом был уверен все меньше. Что-то в этом месте заставляло все внутренние инстинкты орать об опасности.
