— Ты сомневаешься в правильности решения? — В ее голосе не было ни капли упрека, только искренняя заинтересованность.
— Не знаю, — честно признался я. — Логически все правильно — так мы охватим больше территории, выполним больше задач. Но сердцем…
— Сердцем ты боишься за нас, — закончила за меня Рита, начиная массировать мои плечи. Ее пальцы нашли узлы напряжения и принялись их разминать. — Это нормально. Но ты же знаешь — мы справимся. Мы всегда справлялись.
Ее прикосновения постепенно снимали напряжение, и я почувствовал, как мышцы начинают расслабляться. Теплые руки скользили по моей шее, убирая узлы усталости. Я откинул голову назад, наслаждаясь ее заботой.
— Ты такая сильная, — прошептал я, накрывая ее руку своей. — Иногда мне кажется, что ты сильнее меня.
— Мы сильны вместе, — ответила она, наклонившись и поцеловав меня в макушку. Ее губы были мягкими и теплыми. — И даже на расстоянии наша связь не оборвется.
Я повернулся к ней лицом, притягивая ее к себе. Рита устроилась у меня на коленях, и я зарылся лицом в ее волосы, вдыхая знакомый аромат — смесь ванили и чего-то дикого, неприрученного. Ее тело было теплым и мягким через тонкую ткань халата.
— Я буду скучать по тебе каждую секунду, — признался я, чувствуя, как мое возбуждение начинает просыпаться от близости ее тела.
— И я по тебе, — прошептала она, целуя мой висок. — Но сейчас мы здесь. Вместе. И у нас есть эта ночь.
Слова Риты пробудили во мне что-то первобытное — желание запомнить каждое мгновение, каждое прикосновение. Я поднял ее на руки, чувствуя, как она обвивает мою шею руками. Ее дыхание стало учащенным, а в глазах заплясали искорки возбуждения.
Я отнес ее к нашей большой кровати, покрытой мягкими мехами. Осторожно поставив Риту на ноги, я встал перед ней, любуясь тем, как мерцающий свет камина играет на ее коже.
— Позволь мне, — прошептал я, начиная развязывать пояс ее халата.
Узел легко поддался, и ткань медленно соскользнула с ее плеч, обнажая молочно-белую кожу, которая казалась почти светящейся в мерцающем свете камина. Ее грудь вздымалась от учащенного дыхания, соски уже слегка затвердели от прохладного воздуха.
— Черт, — выдохнул я, не в силах отвести взгляд. — Ты прекрасна… Как же ты прекрасна…
Я провел руками по ее плечам, спустился к груди, чувствуя, как под моими ладонями учащается ее дыхание. Рита тихо застонала, когда мои большие пальцы очертили контуры ее сосков.
— Ммм, — промурлыкала она, запрокидывая голову. — Твои руки… они такие теплые…
Рита ответила тем, что начала расстегивать мою рубашку, ее пальцы дрожали от нетерпения. Когда ткань оказалась на полу, она провела ладонями по моей груди, очерчивая старые шрамы.
— Каждый из них — доказательство того, что ты выжил, — прошептала она, целуя небольшой шрам возле ключицы. — Что ты вернулся ко мне.
Ее прикосновения были как огонь на моей коже. Я чувствовал, как кровь приливает к паху, член начинает твердеть от ее близости. Мы раздевались медленно, смакуя каждый момент. Я целовал каждый сантиметр освобожденной кожи — ее шею, плечи, ложбинку между грудей.
— Ах, Макс, — тихо простонала Рита, когда я провел языком по ее ключице. — Я так хочу тебя…
Когда мои штаны оказались на полу, Рита восхищенно ахнула, увидев мой уже полностью возбужденный член. Ее взгляд был полон вожделения, и она непроизвольно облизнула губы.
— Ты готов для меня, — прошептала она, протягивая руку и легко проводя пальчиками по головке. От ее прикосновения я едва не простонал.
Когда мы оказались полностью обнаженными, я уложил ее на меха и замер, просто любуясь. Рита лежала подо мной, раскинув руки, ее грудь вздымалась от учащенного дыхания, а между ног уже блестела влага возбуждения.
— Я люблю тебя, — сказал я, склоняясь к ее губам. — Больше жизни.
— И я тебя, — прошептала она, втягивая меня в поцелуй, полный страсти и нежности одновременно.
Поцелуи становились все более жаркими, и я почувствовал, как контроль ускользает из моих рук. Моя рука скользнула вниз по ее телу, очерчивая изгиб бедра, а затем поднялась к груди. Ее сосок затвердел под моим прикосновением, и Рита громче застонала.
— Макс, — выдохнула она, выгибаясь дугой. — Я хочу тебя… Так сильно хочу…
Я начал целовать дорожку вниз по ее телу — шею, ключицы, грудь. Задержался, взяв сосок в рот и лаская его языком. Рита громко всхлипнула, ее руки запутались в моих волосах, направляя меня.
— Да, вот так, — простонала она. — Не останавливайся…
Мой рот оставлял влажные следы на ее коже, спускаясь все ниже. Когда я добрался до ее живота, Рита уже извивалась подо мной, тихо стоная от предвкушения.
— Пожалуйста, — выдохнула она, широко раздвигая ноги. — Я не могу больше ждать…
Продолжая целовать ее живот, я спустился ниже. Аромат ее возбуждения ударил мне в голову — сладкий, пьянящий, чисто женский. Рита широко раздвинула ноги, полностью доверяясь мне. Ее лоно было уже влажным, готовым.
Когда мой язык впервые коснулся ее самого чувствительного места, она громко вскрикнула, ее бедра непроизвольно дернулись.
— О, Боже! — практически завопила она, сжимая пальцами простыни. — Макс!
