Ашт. Призыв к Жатве полностью

— В одиннадцать?! — Кэтти не связывалась с детьми, и реакцию Раки можно понять. Иветт, которая понимала каждое слово в отдельности, но вряд ли все вместе, хлопала своими красивыми глазами, переводя взгляд с новенькой на Раки и обратно.

— Чейта эта фря таращится?! — новенькая явно чувствует себя неуютно рядом с Иветт. Насчет Раки пока не решила — определять, как «свою», или погодить. Но Раки хоть не корчит из себя святошу!

— Она не фря, — мягко поправила Раки, и потянула Иветт, тоже приглашая сесть прямо на кровать новенькой. — Она своя. Наша старшая мио. И должна заботиться о нас с тобой.

Иветт послала Раки благодарный взгляд. Она слабо понимает, что происходит, и сидит на краю кровати новенькой, с прямой спиной, точно жердь проглотила, стараясь занимать как можно меньше места (ведь это решительно против этикета!), что рискует шлепнуться пятой точкой об пол. Впрочем, подумала Раки, это развеселило бы новенькую.

— Заботца, значит, — лениво процедила новая мио Академии Тэль и вульгарно цокнула языком. — Мамка что ль?

Раки, вопреки ее ожиданиям, рассмеялась.

— Ты притворяешься, — уверенно сказала она. — Ты прекрасно понимаешь, где находишься, и что происходит, и что перед тобой вовсе не мамка, а старшая мио. Но отчего-то хочешь казаться вульгарнее и грубее, чем на самом деле.

— Выискалась еще психиатричка, — процедила новенькая.

— Меня, кстати, Раки зовут, — миролюбиво продолжила Раки. — Но здесь дали имя Айнона. Считают, благозвучнее… А тебя?

— Куун, — сообщила девушка, зло сверкнув глазами. Ей явно не понравилось, что Раки так легко ее разгадала.

— Послушай, — сказала Раки. — Здесь никто не хочет тебе зла. Особенно мы. Мы — такие же, как и ты.

— Ты хочешь сказать, что тоже против своей воли?

— Меня не спрашивали, когда везли сюда, — решила немного покривить душой Раки. — Иветт… Я не знаю, она сама расскажет тебе, если захочет. Ты могла быть настроена враждебно к медре или ге-до, но и они вряд ли желают тебе зла. Даже они здесь — зависят от Закона, который возведен на этой планете выше статуса Лордов.

— И у женщины, по этому Закону, есть вполне конкретное место, — тихо сказала Иветт.

Куун бросила на Иветт быстрый взгляд.

Она жалеет, что ударила ее, подумала Раки. Она начинает видеть в нас «своих». Это хорошо. Теперь я понимаю, почему мы одни, почему здесь нет медре и врачующих. Они справедливо решили, что мы лучше найдем общий язык.

— Уберите поднос, — попросила Кун. — Этот запах заставляет меня сатанеть.

— Не любишь водоросли? — спросила Иветт.

— Мне повсюду мерещится запах рыбы. Слишком напоминает об отчем доме. — Куун невесело усмехнулась. — Откуда продали в Дом. Я из очень бедной семьи, — пояснила она Иветт, пока Раки управлялась с подносом и тарелками на полу. — Мой отец — рыбак, а маму я никогда не видела. Вообще он не хотел продавать меня, покупатель пришел за сестрой, она на три года старше. Зачем тебе ждать? Спросил он отца. Годом раньше, годом позже. А сейчас я могу заплатить за младшую больше. И отец согласился…

— В Доме меня не сразу допустили к «гостям». Через год. Потом мы с Айстер сбежали. Это моя подруга, мы вместе прилетели сюда. В Райо. Но вот, выверили возраст, привезли сюда. В Академию… — Куун опять цокнула языком. Нужна мне эта Академия… Я хотела остаться в Райо!

— Тише, — попросила Иветт.

— Не боись. Во мне столько успокоительного… На весь ваш класс, или что там у вас, хватило бы.

— В Райо? — Раки удивлена. — Но ведь это…

Ладно, здесь все свои, можно и озвучить.

— Это же район проституток.

— А я кто? — усмехнулась Куун. — Да что я тебе рассказываю, ты ведь не видела Райо… Мне кажется, название это — от слова Рай… — она мечтательно закатила глаза.

— Лучше чем здесь? — Раки не поверила.

Куун только фыркнула.

— Но ведь… Если ты из Академии, ты выходишь замуж, — попробовала уразумить больше себя, чем новенькую, Раки, стараясь не думать о новых и старых правилах Устава, которые радовали с каждым цветом тома все больше. Не думать не получилось, и прозвучало паршиво. И фальшиво.

Куун твердо взглянула на нее и сказала:

— Хочу быть си-тэль Райо! Лучше жить честной, свободной шлюхой, чем шугаться каждого шороха и сливаться всю жизнь с цветом стен и пола…

— А в Райо нет Устава? — не поняла Раки.

— Есть. Но там до него дело, как до абстрактного кварка! Аст-Асар приходят кайфовать! И сиреневый спектр меня дери, они умеют ухаживать! Вопрос — хочу ли я носить шикарные итарсе, спать до полудня и пить шампанское? Или дрожать в белой в китэ, ожидая мужа?! По-моему, ответ очевиден, — тихо и совсем другим тоном добавила Куун.

Раки замешкалась с ответом, улавливая логику в словах «девочки». Надо сказать ей о преимуществах! О возможности иметь и воспитывать детей, о возможности гулять и даже работать, если муж разрешит. Но рот почему-то не открывался, Раки все никак не могла собраться с мыслями.

Раздался тихий, бесцветный, но твердый голос Иветт.

— Для них женщина, не более чем домашнее животное. Тебе решать — жить в Зоопарке или при хозяине, который дает хоть какую-то иллюзию защиты, — тихо сказала Иветт.