Ашт. Призыв к Жатве полностью

Стеру Волотье хотелось взять девчонку за загривок, прямо новыми биопротезами, плевать даже на боль, да потрясти хорошенько, чтоб неповадно было старших перебивать, и он начал всерьез подумывать, чтобы привести задуманное в исполнение, когда в квадратном проеме показался Сагастр.

— Миш, — подмигнул. — Папа зовут.

Папа он выдохнул полушутливо-полуиздевательстки, с ударением на последний слог.

— Там же Аст-Асар? — поежилась Мишка.

— Ушли уже, — пожал плечами Сагастр. — Пошли, провожу.

— Сама дойду, — буркнула Мишка, прощаясь со стером Волотье. С Сораком она принципиально не разговаривала, но ослушаться не решалась, поэтому рассуждать не стала. Надо — значит, надо.

К ее неудовольствию Сагастр пошел следом.

— Я думала, мы в расчете, — буркнула, не оборачиваясь.

— За что, крош-ка? — издевательски растягивая слова, нарочито невинным тоном, пропел Сагастр.

— За твое молчание.

Сагастр, словно не слышал ее, продолжил пение. Пел он чисто, не фальшивил. Только текст Мишке показался отвратительным.

… И все становится правильным, как моя рука…

Ээх! Мы приколемся, деточка, рраз и навсегда-ааааа*

— Молчание? О чем? — обратил, наконец, внимание на нахмуренного ребенка.

— Сам знаешь о чем! База, выпускающая симуляторы, ты же считаешь, что видел меня там?

— Что значит, считаешь? Я уверен, что видел. Совершенно уверен, крошшка. Или кошшка? — Сагастр подмигнул.

И опять запел:

… Аааа я от таких вещей тащуся крошка…. Кошшшка….

Ты для таких вещей еще глупа…

Тарам-пам-па…* (* «Агата Кристи»)

Мишка отпрянула к стене коридора, что насмешило Сагастра.

— Нет! Не видел ты там меня, понял?! Не мог видеть по той причине, что меня там не было. Почти.

— Да что ты, крошка? — Сагастр ласково провел ладонью по белокурым вьющимся волосам девочки. Мягкие, тонкие. И головка такая маленькая, шейка тоненькая… все, как он любит.

… Да что ты, что ты, что ты, что ты…

— Я не крошка! И не Тесла!

— Вот как? — Сагастру эта игра, которой ждал с самой первой секунды, как увидел девчушку, очень нравилась. — А кто ж ты?

— Никто, — резко пискнула девчонка. — Двойник. Тесла — парень, если еще не в курсе! Если еще сам не допер!!

— Двойник, — Сагастр задумчиво провел пальцем по тонкой шейке.

— Не трогай!! Не трогай, слышишь?! Я отцу расскажу! То есть Сораку! Он тебя убьет! Не мог ты видеть меня, я — не Тесла!

Сагастр расхохотался, обнажая белые, чуть-чуть заостренные зубы. Преподаватели-тоа настояли, иначе отказывались обучать маленького Сагастра, пусть и сына императора, боевым искусствам.

— Отцу, — повторил, как следует, отсмеявшись. — Шутница!

— Здесь все знают Сорака, как моего отца!

— Шлюха, из которой ты вылупилась, наверно и имени твоего отца не вспомнит, крошка, так что ты, пожалуй, права! Можешь считать своим отцом кого угодно. Меня, например! — и опять отвратительно ухмыльнулся.

Взял покрепче за белокурые локоны, упиваясь каждым мгновением страха и боли, развернул Мишку к себе лицом, нагнулся. Как пахнет!

— Не смей! — Мишка попыталась ударить, но Сагастр ловко блокировал тоненькие, как веточки, руки. — Не смей говорить о моей матери! — с присущей ребенку обидой закричала, не понимая, что Сагастр просто играет с ней, как кот с мышью.

И что судьба ее уже предрешена этим стоящим перед ней человеком с синими кругами вокруг глаз, тонкими губами, неровным, одутловатым лицом.

— Знаешь, крошка, — Сагастр перестал церемониться, выкручивая длинные и гибкие, непропорциональные руки, зажимая рот. — Я сегодня покидаю сие гостеприимное пристанище, и не могу уйти, не попрощавшись с тобой, как следует.

Сагастр не знал, для чего его вызвал этот Аст-Асар, но он спустится на поверхность планеты, факт. И возвращаться обратно… Ха. Он не такой дурак.

В обвисшем грязной тряпкой худом тельце с практически отсутствующим лицом едва ли можно узнать Мишку.

Вопрос, куда потом спрятать тело, Сагастр обдумал давно. Естественно, в Тело!

Тело — в Тело.

Логично, да.

Каково же оказалось его изумление, даже, пожалуй, негодование, когда розовая плоть стен, с такой кровожадностью атакующая старателей, отказалась жрать его жертву.

Чем плотнее Сагастр прижимал то, что еще недавно было Мишкой, к розовым жилам стен, тем больше те отступали, тем тверже становились, как назло, вопреки обыкновению, не желая жрать.

— Проклятье! Шаткий кварк и саката! Живое розовое гуано! — Сагастр не надевал защиту, думая, что «кормежка» закончится, не успев начаться.

— Я научу вас покорности перед императором Соул, — пробормотал он, доставая лазер.

Он решил прожечь стены, и, как в карман, бросить туда девчонку, пусть эта розовая тварь, именуемая Телом, подавится.

И прожечь стены ему удалось, не просчитал только того, что произошло после. Еще несколько секунд назад плотная, твердая розовая гладь изменила свою структуру, став частично жидкой, частично — газообразной. И эта масса, взметнувшись живым фонтаном, ударила прямо в лицо Сагастру.

Сагастр успел вытянуть на руках вперед девчонку, и, как в замедленном кадре увидел, как стремительно истлевает ее плоть, вместе с плотью его рук.