Я отчаянно пыталась убедить себя остаться в стороне. Верховод получает по заслугам. Ответочка пернатому прилетела. У меня от его клевков все голени в синяках. Если задрать юбку и глянуть, то страшно становится. Про словесные оскорбления вообще молчу. Однако сердце тревожно стучало, а ноги беспокойно вышагивали туда-сюда. Как ни крути, а остаться в стороне будет подло. Синяки и обиды не оправдания.
– У Иелграина в доме магические охранки. Стоит нам зайти, и он услышит, где бы ни находился. И тогда по вине ворона мы получим все.
«А меня колдун, возможно, даже выгонит. Неспроста у него ассистентки часто меняются».
– Иелграин поймет! Он не станет наказывать.
Это как знать.
От магических охранок словно взорвались звезды в голове, стоило только перешагнуть порог. Разноцветные вспышки дезориентировали, и некоторое время я ошалело моргала, мотая головой и ничего не видя. Прямо сейчас Иелграину летит магический сигнал, оповещающий, что в его жилище проникли воры. Ну, или не воры, а злоумышленники, которые обитали рядом. Сомневаюсь, что маг воспримет наше проникновение в другом ключе. Колдун будет зол, очень зол! Внутри головы звенело, лопалось. От резких звуков из глаз брызнули слезы. Так и с ума сойти можно. Слепо шагая вперед и отчаянно пытаясь проморгаться, я на что-то наткнулась. Раздался звон. Замечательно, еще и разбила ценное имущество. Дополнительный пунктик к списку моих проступков.
«Вряд ли ты продержишься у меня долго, Соана», – прозвучал в голове голос колдуна.
От ужаса у меня перехватило дыхание, и глаза проморгались. Боги! Я увидела ворона и тут же забыла обо всем на свете. Из темно-фиолетовой булькающей массы виднелась едва живая птица. Вернее, торчала голова с мутнеющими, залепленными зельем глазами. Крылья распластались по поверхности колдовского варева. Пузыри вокруг него надувались и лопались. Перья слиплись, ворон с трудом трепыхал верхними конечностями. Прямо на глазах бедняга полностью скрылся в густой жиже и вынырнул чудом, жалко разевая клюв. Великая Лиисан, как он еще жив в том кипящем аду?! От варева валил пар! Огонь на дровах тлел.
– Верховод, потерпи, миленький! – заголосила я в ужасе. – Я тебя вытащу! Обязательно вытащу!
Я бестолково заметалась по комнате в поисках чем бы хватать ворона. Призрак без толку мельтешил рядом. Дукос то бросался к котлу, то кидался от огня в сторону. Схватив со стола толстые краги – уж не знаю, для чего их выложил Иелграин, – я кинулась обратно, натягивая здоровенные перчатки на руки. Надеясь, что такая защита поможет, и в зелье я руки не сожгу. Все-таки что-то странное с этим варевом. Как Верховод еще не испекся?
А ворон не был бы самим собой, если бы не взялся ругаться.
– Быстрее, ящерица ты медлительная! – заорал он, продрав глаза и убедившись, что помощь идет. – Мне больно, а ты еле шевелишься! Слепая, перчатки хватай! Если ты сейчас же не вытащишь меня из котла, я расскажу Илгре, что ты специально меня в него запихнула! Из зависти!
– Надо бы тебя в нем оставить, – почти передумала спасать неблагодарного пакостника я. – Варись!
А сама была уже около котла. Жар дыхнул в лицо такой, что волосы затрещали. Губы опалило. Ну и вонь от этого варева! Что-то с ним не так. У меня дыхание в груди сперло, и слезы потекли сами собой, а ворон будто горячую ванну принимал.
– Терпи, Верховод!
– Я буду следить, когда появится Илгра! – взвизгнул Дукос и исчез.
– Вряд ли нам это поможет, – пыхтела я, моргая слезящимися глазами и пытаясь нащупать в котле ворона. Он был скользким и вываливался из рук. За неудачную попытку я мгновенно получила ощутимый клевок выше уровня краг. Все, все шло не так! Ворон начал орать и хлестать крыльями. Откуда только силы взялись? А голосил, будто я его убивала. Я орала на него в ответ.
– Зачем ты это сделал? – рычала, отплевываясь от горячих брызг. Некоторые попадали в рот, обжигая горло. – Верховод, хватит плескаться! Ты мешаешь тебя спасать!
– Неумеха! Даже такое простое дело поручить нельзя.
– Не можешь держать свой любопытный клюв в стороне от дел Илгры и других подставляешь!
– Ну и сидела бы в своем сарае!
Новый клевок.
– Я тебя… все равно… вытащу, – хрипела я.
От нашей возни зелье взбултыхнулось и плюнуло мне в лицо. Тягучая жижа залепила глаза, теперь я совсем ничего не видела. И почти не соображала. То, что попало в рот, имело дико мерзкий вкус. Внутренности сворачивало. Или сжигало изнутри. Разноцветные круги от звона охранок сменились на расползающиеся пятна тьмы. Руки слабели. Должно быть, проглоченная гадость делала со мной нечто нехорошее, потому что пальцы стали разжиматься сами собой. Верховод вдруг заголосил, забился особенно яростно, а потом обмяк и застонал так протяжно и страшно, что у меня от ужаса посветлело в голове.
– Эа́мфа! – гаркнула я на весь дом единственное, что пришло в голову. Впервые уверовав, что получится.
С громким «чпок!» нас отнесло от котла. Да не просто отнесло, а швырнуло об стену. На пол мы рухнули с Верховодом вместе. Я, тяжело дыша, прижимала облепленный горячей жижей комок к груди. Ворон каркал нечто неразборчивое.
