– Боюсь, я слишком глупа, чтобы понять, даже если Наставник вдруг рассказал бы. Я не в состоянии такое запомнить. В магических академиях не училась. Из деревни я, сами знаете.
Некромант рядом довольно кивнул, подтверждая, что это хороший ответ. За что схлопотал недовольный взгляд отца. Наши переглядывания Виандер Первый тоже заметил.
– Только не надо прибедняться, – злобно, уже без улыбки произнес он. – Не можешь запомнить, возьми кристалл памяти и запиши. До такого любая женщина додумается.
Впрочем, глава кантона тут же опомнился и засиял сладкой улыбкой.
– Атэша тоже сначала уверяла, что не понимает. Однако про плетения хорошо рассказывала. Жаль, но то были не финальные схемы. Пробы… Ошибки… Эксперименты. Восхитительные в своей смелости даже в незавершенном виде. А потом Иелграин увлекся так, что даже не успевал объяснять любимой. По сути, мы получили мощные подсказки. Но даже с ними не приблизились к разгадке чуда, которое создал бывший Светлый… Что? – Виандер насмешливо повел бровью в ответ на мое невольно перекосившееся лицо. – Да, я открыто признаю, Илгра – лучший.
«Предавала. Все-таки предавала», – похолодела я, уяснив из слов главы кантона другое.
– Подойди, дитя. Побеседуем приватно, – колдун похлопал по оттоманке рядом с собой.
– Простите. Ночь выдалась беспокойная. Пришлось много двигаться, и тело как деревянное. Боюсь, буду неприятной соседкой, – изо всех сил пыталась увильнуть от оказанной чести я.
– Подойди, я сказал! – неожиданно рявкнул глава, и ноги сами шагнули вперед. В висках запульсировало.
– Папа! – некромант преградил мне дорогу. Попутно коснулся руки, и боль в висках отпустила.
– Ой, сразу стал папа, – умилился колдун. – Надо почаще на твоих девок орать.
– У меня нет девок, – мрачно ответил Тессарион, сжав челюсти.
– Так будут, куда ты денешься. Сынок, все же что такой умный мальчик, как ты, делает тут между мной и моей заботой? Я ведь знаю, что ты провел эту юную Темную в Башню и вы там как следует похозяйничали.
– Это был я, – не моргнув глазом, соврал некромант. – Всегда ревновал папу к его игрушкам. Вместо меня он играл с ними.
– Твой папа – главный колдун, – поморщился глава кантона. – Я обязан развлекаться с такими «игрушками», иначе перестану быть главным. Итак, Соана, продолжим. Заступничество моего сына тебе не поможет. Раз ты не выполнила задание, то считаю нужным тебя проучить.
Сердце в страхе замерло. Тессарион закрыл меня собой. Виандер Первый закатил глаза.
– Ты слишком добр для некроманта, – отчитал он сына.
А затем дал знак, и словно из воздуха появилась дюжина телохранителей. Тессарион сопротивлялся, но его быстро скрутили, защелкнув на запястьях матово-черные браслеты. От их вида Тессарион взбесился еще сильнее.
– Потом сниму, сынок. Это чтобы ты не наделал глупостей. Как вчера.
Меня грубо подтолкнули в спину, и я буквально подбежала к главе кантона. Как была: в обычном платье, которое по сравнению с домашним нарядом колдуна смотрелось жалкой тряпкой. Ночка выдалась насыщенной. Поспать после того, как мы вернулись от могилы Атэши, удалось всего ничего (да и не хотелось), поэтому, когда за мной пришли, я не имела никакого желания наряжаться. Пусть Виандер любуется на то, что есть.
Стоило приблизиться к главе кантона, как пятно на моей руке запульсировало. Я уже привыкла прятать уродливую кляксу, а потому потянула рукав ниже, тоскливо думая, что размеры пятна почти как в
– Не пойму все-таки, чем ты пахнешь, – пробормотал он. – Что-то такое знакомое… Тонкое и одновременно пряное. Напоминающее… Нет, никак не поймаю! Кто твой отец?
– Уж не вы, – огрызнулась я, вспомнив про одиннадцать сыновей и неуемное стремление колдуна размножаться.
Страх сделал меня дерзкой. Но Виандер расхохотался, показав идеальные зубы.
– Да уж не я, точно. Ведь тогда ты была бы мальчиком. И по захолустьям я не мотался, чтобы позабавиться с деревенскими простушками. Хотя… – глава замер. Тессарион напрягся. – Молодость, гормоны… Чем Тьма не шутит. Дай-ка проверю!
Прикрыв глаза, он прочитал какое-то заклинание, и оно легким облачком окутало меня с головы до ног. Впиталось, а затем фиолетовыми искрами брызнуло в разные стороны.
– Не дочь ты мне.
Тессарион выдохнул.
– У меня слабая Искра, – сообщила я на всякий случай, чтобы заполошный колдун не заподозрил меня в чем-нибудь еще.
«Как знать. Может, кто другой из наших наследил», – бормотал он тем временем.
– Да, это я тоже вижу. Но потом с ней что-то случилось. А вот рассмотреть, что именно, мне мешает магия Иелграина.
