И когда вошел в неё, был очень груб. Поначалу. А потом снова стал её любить. Всем сердцем. «Всем существом и помышлением своим». И она – тоже. Вспомнила и почувствовала, как сильно она его ещё год назад любила. И всё ещё любит. Оказывается!
– Может, ты мне тогда ещё и солянку сегодня сделаешь? – предложила Васаби, как только он за-кончил. – А то я так сильно по ней уже соскучилась!
– А что, твой парень тебе её не делает? – усмехнулся Лёша.
– Нет. Говорит, что ему впадлу.
– Тогда зачем он тебе такой нужен? – не понял Лёша.
– Как это – зачем? Он же мой парень!
– Ты же знаешь, я делаю солянку только тем, кто готов пойти со мной до конца!
– Хорошо, – усмехнулась Васаби, – тогда и до твоего конца мы сегодня так и не дойдём!
– Да ты меня и так всегда возбуждаешь! – усмехнулся Лёша и снова повалил её на сидения это доказывать. Как и учила их на уроках в школе учитель по математике: «В разных вариантах!» – Математика может быть не менее сексуальной наукой, чем литература, если к ней подойти с обратной стороны! – усмехнулся Лёша минут через десять, чтобы Васаби поняла, какую позу ей теперь следует принять.
А затем снова пересмотрел её исходные аксиомы. Но уже не вдоль, а поперёк. Предыдущего решения. Уходя в проблему гораздо глубже, усевшись на одну её ногу, а другую приподняв, то и дело натыкаясь на её прямой ответ. Чем возвёл её оргазм в степень!
И когда через пару недель Васаби снова ему позвонила, Лёша сразу же пригласил её к себе. На съемную квартиру. Поняв, что «наживка» сработала. И она его всё ещё любит. Хотя пока ещё и не отдаёт себе отчёт. Из-за парня.
– Тем более, что он не любит тебя, а я люблю, – заливался Лёша, склоняя её на секс прямо на кухне. – Ты думаешь, пока ты вновь не появилась, мне было приятно заниматься сексом без любви?
– А разве – нет? – удивилась, облокотившись спиной о подоконник Васаби.
– Приятно, – смущенно признался Лёша, – но всё равно не настолько сильно, как с тобой, – подошел он и обнял её за талию. – Ты просто не представляешь, что я испытываю, когда мы вместе.
– Представляю, – улыбнулась Васаби, тут же это почувствовав. И не только тем, что в неё при этом упёрлось, но и всем своим уже распахнутым к нему сердцем. – Иначе меня бы сейчас тут не было.
– По сравнению с тобой другие меня теперь просто насилуют. Причём – жёстко! – усмехнулся он. Вспомнив Ксюшу. – Поэтому я и распустил гарем. Кое-как, – улыбнулся он, намереваясь уже это сделать. – Чтобы у меня осталась только ты! Для того чтобы заниматься не сексом, а именно любовью. Как раньше. Когда мы оба любили друг друга. Утопая в своей любви. До утра! Я готов сделать для тебя всё-всё что угодно, лишь бы ты снова была всегда рядом.
– Тогда достань мне миллион долларов! – пошло улыбнулась та, понимая комизм ситуации.
– Из кармана? Хорошо, я постараюсь, – улыбнулся Лёша, понимая, что это несбыточно. Как и любая мечта. Идиотов. – Или ты думала, для чего я пишу свою книгу? Как раз именно для того, что бы его заработать. И подарить тебе, если ты будешь со мной на момент её издания. Сколько стоит твой поцелуй?
– Я же сказала: миллион долларов! – улыбнулась Васаби.
– Ну, так уж и быть, дарю! – пообещал он ей миллион долларов от издания этой книги и поцеловал её в губы.
– Так, а сколько стоит твоя солянка? – усмехнулась Васаби.
– Миллион долларов! – выпалил Лёша. Даже не подумав.
– Ну, так и быть, даю тебе твой миллион обратно! – усмехнулась Васаби. – Приступай!
– Что, прямо здесь? Вообще-то, на моей кухне принято заниматься сексом, а не готовить солянку. У меня всегда всё шиворот-навыворот!
– Да-а-а? А я-то думаю, чего это ты её так вылизал! – усмехнулась Васаби. И сделав вид, что она не желает на всё это даже смотреть, отвернулась к окну. Ведь у неё был парень! Пока он обхватил её руками и наощупь расстегивал ей ширинку. Приспустив штаны.
И как только он до отвала ею насытился, сказала:
– Ну что, пошли в спальню? Солянка ведь и не считается изменой? Правда?
– Нет, конечно! Это жалкий петтинг. Так же как и минет! – подмигнул он, уволакивая её в спальню.
И они и сами не заметили, как она после солянки изменила своему парню. Лишь на третий раз заметив Лёше, что подобное поведение её не вполне достойно.
– А что тебя достойна, моя Принцесса? – не понял он.
– Как это – что? Ты думал, что отработал целый миллион долларов одной солянкой? Тебе придётся теперь делать её мне миллион раз подряд!
– Ты так низко её ценишь? – усмехнулся Лёша. – По доллару за штуку?
– А ты разве против? – удивилась она.
– Долг есть долг. – покорно сказал он. – Я согласен отдавать тебе его хоть всю свою жизнь!
– Тогда давай начинай, пока у нас ещё есть для этого время, – посмотрела Васаби на часы. – А то мне скоро надо будет поехать к своему парню.
– А у тебя там ничего не будет болеть? – не понял Лёша.
– Как это – ничего? – удивилась она. – Ты в себе сомневаешься? Сегодня у меня будет жутко болеть голова. Не ясно разве? Я же тебе не резиновая.
– Тогда бы я вообще с тебя не слазил! – усмехнулся Лёша и погрузился в ей «резиновые» дебри.
