Люди этого мира сейчас боролись за выживание. Если бы у мира был шанс уничтожить всех помещиков, коррумпированных чиновников и влиятельные семьи, когда они были на пределе своих сил, кто бы не захотел помочь? Хотя это было слишком жестоко, но что плохого в том, чтобы люди, которых эксплуатировали, выплеснули свой гнев… Издевательства и эксплуатация на протяжении многих поколений, когда они могли только терпеть и отступать, долгое время сковывали их, не позволяя отомстить. Весь этот гнев накапливался глубоко внутри.
Если бы он разжёг его и превратил насилие одного человека в насилие десятков тысяч или миллионов людей, он смог бы добиться успеха. Он превратит их в поток, который пронесётся по всему миру и сокрушит весь старый порядок.
Какие дворяне, какие аристократические семьи? Каким бы благородным ни было их происхождение, какими бы богатыми ни были их семьи, белые клинки, которые входили в них, все равно выходили красными. Никто не был благороднее другого.
Даже большинство бандитов Зелёного Леса были врагами этих эксплуататоров. Можно сказать, что они были врагами всего мира.
Даже если в будущем появятся новые эксплуататоры, они не будут теми стариками, которые наслаждались этим тысячелетиями… Как говорится, нет строительства без разрушения. Неизвестно, смогут ли они восстать после этого, но они должны быть полностью уничтожены и очищены.
Что касается цели, то для этого он должен был сделать себе имя и стать знаменем, привлекая бесчисленное количество людей, которые были угнетены и ненавидели существующий порядок. Он должен был превратить ненависть людей в основу своего восстания… Таким образом, его жизненные цели будут выполнены.
«Это слишком безжалостно… Я должен убить бесчисленное количество людей…»
Чжоу Цзин невольно вздохнул. Он втайне потерял дар речи от трагической жизненной цели этого Апостола. В душе он даже хотел отступить. Он даже не смотрел на информацию на интерфейсе, которая с недавнего момента не переставала звенеть.
В этот момент, когда он пребывал в глубокой задумчивости, дверь резиденции семьи У постепенно появилась перед его взором.
***
На втором этаже деревенского ресторана Ли Чунь и двое других беззаботно ели и ждали Чжоу Цзина.
Лу Юньчжао посмотрел на солнце и с любопытством спросил:
— Брата Чэнь Фэна так долго не было, почему он до сих пор не вернулся?
Ли Чунь погладил бороду и небрежно ответил:
— Возможно, здешняя большая семья гостеприимна и заставила брата Чэнь остаться в качестве гостя. Наши личности очень известны, поэтому нам не стоит посещать семью Лу вместе с братом Чэнем.
В этот момент на улице за окном началась суматоха.
Некоторые бездельники кричали и бегали вокруг, чтобы распространить новости.
— Кто-то напал на деревню У!
Все на улице бросились во двор в центре деревни, вызвав переполох.
Ли Чунь и двое других были ошеломлены. Они посмотрели друг на друга, и у них появилось плохое предчувствие.
— Может ли это быть…
Лу Синьнян колебался.
Уголки рта Ли Чуня подёргивались. Спустя долгое время он наконец сказал:
— Пойдёмте, посмотрим…
Дюжина охранников несли бессознательного У Фана обратно в поместье семьи У, создав переполох.
Когда У Чангуй и У Чжэнь услышали сообщение, они были потрясены. Они поспешили в главный зал и увидели У Фана и остальных в плачевном состоянии.
— Что… что случилось?
У Чангуй был потрясен и ничего не понимал.
В этот момент У Фан уже очнулся из-за лечения одного из носильщиков. В его глазах всё ещё мигали звезды, а половина лица болела.
Он с ненавистью прошипел:
— Сегодня я пошел собирать долги, но тут из ниоткуда появился громила и остановил меня. Он напал из засады, не сказав ни слова, и вырубил меня!
— Почему он ударил тебя без причины? Ты столкнулся с ним?
У Чангуй нахмурился.
У Фан закрыл лицо рукой, не в силах сдержать гнев. Он сердито сказал: — Вначале я относился к нему с уважением и говорил вежливо, но этот человек отказался отпустить меня. В гневе я не сдержался. Кто знал, что у него такой жестокий характер? Я лишь слегка повысил голос, но он воспользовался моей неосторожностью и напал. Я не могу смириться с этим!
У Чжэнь в ярости выругался: — Этот человек слишком много о себе возомнил!
Однако У Чангуй знал, что его третий сын всегда был властным и не верил всему. Он повернулся, чтобы посмотреть на дюжину побитых и опухших охранников в стороне, и спросил низким голосом:
— Неужели это действительно так? Как он выглядел? Двенадцать человек не могут защитить моего сына?
— Этот человек действительно напал внезапно, — поспешно ответил стоявший сбоку охранник. — Старый господин может не знать, но этот человек так хорошо сложен. На первый взгляд, он похож на медведя или тигра, очень свирепый. Мы все бросились вперед, но он в одиночку расправился с нами.
Услышав это, сердце У Чжэня внезапно дрогнуло, и он спросил:
— Этого человека зовут Чень Фэн? Взлохмаченные волосы, носит желтую рубашку и держит палку?
— Этот здоровяк не представился, но вид у него действительно такой, — кивнули охранники.