Я только приказал отселить их отдельно и поставил старшей Валькирию. За попытки к ним приблизиться обещал рубить яйца. Все равно отрастут, зато не будут затуманивать разум некоторое время. Сейчас как раз это время и есть лучший лекарь. После той школы жизни, что девочки прошли, для них «хороший мужик – мертвый мужик».
А излишки энергии мы направили на строительство городка, разбирая многочисленные свалки и брошенные здания вокруг Нью-Йорка. Я же все свободное время мониторил район подвала с борделем, и следил за агентами, что вели это дело, правда, без особого толку. Разорваться я не мог, как и прослушать разговоры. Чувствую, пора учиться читать по губам. И учить английский. Где бы еще на все это время найти?! И без того забот полон рот.
Дома-то мы строили быстро и успешно, благо мужики быстро набили руку. Но вот нужда в различных мелочах заставляла все чаще метаться за «солью и спичками». И этих мелочей становилось все больше. Нужно переходить на подножный корм, чтобы сократить поставки с Земли.
Потому я рванул в Канаду, ближе к Аляске. Насколько я помнил, там развит рыболовецкий промысел лосося. На остатки баксов, я хотел прикупить небольшой траулер, ну некую живность на расплод.
Женщины открыли дачный сезон, рассадив на расчищенной земле огороды из земной и местной флоры, а мужики, которым можно доверить оружие, чистили популяцию хищников в округе, заодно обеспечивая нас дичью.
Правда урожаи ждать еще не скоро, а дичь быстро смекнула, что в этой местности жить стало опасно для здоровья и тоже уходила все дальше. Радовало, что вслед за дичью мигрировали и кошки, потому как дети у нас без школы и плотного надзора совсем распоясались. Ведь взрослые впахивали от зари до зари.
С Канадой возникли все те же проблемы. Нет документов. В принципе, они мне не нужны, но как правильно заметил Дед, нужно делать все в рамках закона, хотя бы морально-этического. Потому я решил осчастливить какого-нибудь пьянчугу. Сразу стал рыскать по северному побережью Канады в поиске захолустных мелких поселений живущих с моря. Там всегда можно найти того, кому эта рыба осточертела настолько, что он за штуку баксов продаст свой баркас и поедет куда глаза глядят. Или в первый попавшийся, а по сути, единственный, бар в этой глуши.
В таком баре и стоит искать потенциального продавца движимого по воде имущества. Я, конечно, желал яхту под парусами. Да и не только я. Профессура мне все уши прожужжала о своих нуждах и исследовательский крейсер в списке тоже имелся. Океан Земли исследован едва на пару процентов. Что тут говорить о новой планете?
А резко помолодевшие старички, с богатым жизненным опытом борьбы с бюрократией Союза, не слезали с меня со своими требованиями. Им трудно пояснить, что другие хотят кушать, и причем вкусно, и с хлебом. И им плевать на новые виды рыбок с трудновыговариваемыми названиями, которые они придумывали на месте. Мрак!
Но почуяв поблажку, и слово «судно», Третьяк сделал стойку и уже сам гнал меня в спину. Я, порыскав по побережью, нашел самое убогое поселение, что только и делало, что промышляло поставками лосося и икры.
Их траулеры вполне подходили под наши нужды и помимо компаний, тут имелись и частники. Оценив парк кораблей, я понял, что как минимум три кандидата у нас есть. К тому же поселок был в такой глуши, что мои бойцы могли ходить тут с «калашами» без всякой боязни. Катер береговой охраны выглядел еще хуже, чем сам охранник, а единственный полицейский и того хуже. До ближайшего цивилизованного общества километров тридцать, навскидку. И это когда нет сотовой связи и интернета. То, что надо!
Почти две тысячи американских долларов я отдал Трою, а в телохранители выделил всех бойцов, кроме Шума. Сам же остался на берегу залива. Незачем портить репутацию наших суровых официальных лиц присутствием ребенка. Тем более вооружились эти лица прилично, хоть и незаметно. Но две «эфки» прихватили. А этого хватит, чтобы разнести тут все в округе. Поселок можно переплюнуть от границы до границы. Хутор, не иначе.
Следить за своими людьми я не мог, впрочем, я не мог им и помочь, потому просто осталось сидеть у холодного моря и подкидывать дрова в костер. Спустя четыре часа, тарахтя двигателем, на море показался небольшой сейнер. Посудина явно не новая, но не тонула и бодренько шла к нам. Пристани тут нет, но мужики должны были купить еще пару резиновых лодок или каяков.
Так и оказалось. Став на якорь недалеко от берега парни скинули вниз резиновую лодку и Топтун, загребая веслами, поплыл за нами с Шумом. Я прикидывал размеры сейнера и переживал, чтобы хватило размера окна. Мужики сейчас пытались демонтировать стрелу, которая сильно увеличивала габариты. Никто не разбирался в том, как все это работает, но думаю, мы разберемся. Снова жаль, что нет интернета.
