— Рауль, нужно выпить содержание обоих колб до дна, обещаю сразу станет очень и очень хорошо, — голос у мамы был уговаривающий, но очень убедительный. Принц кивнул, осушил обе пробирки и моментально вырубился. Я грустно улыбнулась, мама его определенно не обманула, ему сейчас определенно очень хорошо, парит себе где-то у границы небытия и не знает никаких проблем.
Каким-то образом, обе твари сразу же почувствовали, что пришел их смертный час, и поэтому весьма агрессивно не только задергались, но даже зашипели и зачавкали. Вернее чавкала только та, которая с кляпом в пасти, уж очень активно она начала шевелить челюстями, а вторая, которая не чавкала, а шипела начала чрезвычайно стремительно расти в размерах. Но против моей мамочки у них не было ни одного шанса. Напоив принца зельями и погрузив его в стазис, она прочитала заклятие очищения, и затем вооружившись энергетическим скальпелем, принялась за уничтожение твари в пасти которой все еще был кляп, ее действия очень напоминали действия хирурга, вырезающего злокачественную опухоль, с той разницей, что она действовала на энергетическом уровне, и она не вырезала, а молекула за молекулой расщепляла злокачественное энергетическое соединение на атомы, часть которых она рассеивала в пространстве, а часть связывала, образуя живительные потоки, используемые ею в восстановлении поврежденной ауры принца. Это был высший пилотаж, такое мы только на четвертом курсе начнем изучать, но чтобы достичь того уровня профессионализма, который демонстрировала сейчас мама, необходимы не только практика, но и огромный талант. Между тем, она принялась за второе проклятие, с которым, не смотря на размеры энергетической сущности — справилась гораздо легче и намного быстрее.
— Ди, я не буду пока выводить его из стазиса, его ауре нужно принять новые плетения и восстановиться, — объяснила она мне, — но через шесть часов его аура уже будет как новенькая. Кровотечение остановлено, рану — я прочистила и обеззаразила, как только восстановятся энергетические потоки — полное выздоровление займет минут пять от силы. Пойдем, что ли чая попьем, и поговорим…
— Мам, ты иди, а я здесь останусь… это было третье покушение на Рауля за последние две недели…, я не оставлю его одного. — Мы обязательно поговорим, как только я буду знать, что он в состоянии сам себя защитить.
— Ты хочешь поговорить здесь?
— Нет. Насколько я понимаю, ты была занята, так что можешь вернуться к … своим занятиям… и, кстати, ты не хочешь познакомить меня со своим новым… увлечением, раз уж я знакома с его… ящерицей…
— Диана!
— Мама, но мне правда интересно посмотреть, как выглядит и все остальное!
— Тогда ужин сегодня, я Дерек и ты, — предложила мать.
— Согласна, но с одной поправкой: ты, Дерек, я и Рауль.
— Хорошо. Тогда через шесть часов из стазиса своего… ж-ж…хм, хм… (у мамы явно были проблемы со словом «жених») … выведешь сама, а рану залечить может и целитель Кьюринг, — и она направилась к выходу.
— Мама!
— Что?
— Где ужинать будем? Как насчет «Небесного Дракона»? — Ну, разумеется, я упомянула тот самый ресторан, в котором она четыре месяца назад играла в войнушки с папой.
— Диана!
— Хорошо, пойдем туда, куда скажешь ты…
— Встретимся «У Альваида».
— Что-о-О? — мое восклицание было настолько эмоциональным, что она недоуменно посмотрела на меня, — То есть…, где это? Я никогда не была «У Альваида», — исправила ситуацию я.
— Скажешь, откуда вас с…этим твоим… забрать, и я вас доставлю…
— Тогда до вечера мама…
— До вечера, Диана.
«— Неужели, Рауль, прав, и мама имеет какое-то отношение к «Альваиду Растабану» и к заговору? — заволновался мой Меркурий.
— Вряд ли… она же спасла принцу жизнь! — напомнил Юпитер.
— Но если бы не спасла, то вызвала бы подозрение, — включился в спор Сатурн.
— Она могла сказать, что никогда с подобным не встречалась, вы видели этот уровень! — не приняло доводы Сатурна Солнце.
— Но мама не любит принца, это очень и очень чувствуется…, — напомнила Венера.
— Учитывая обстоятельства их встречи… ну когда с ящерицей, то это неудивительно! — застенчиво произнесла Луна. — Мама хоть и независимая и экстравагантная, но при этом немного ханжа. А тут такой конфуз, — хихикнула она.
— Хорошо, решили и постановили, мама — к заговору не имеет никакого отношения! — резюмировал Меркурий. — Все кто не согласен, говорите сейчас или умолкните навеки. Значит, так и запишем: решили единогласно!»
