В античные времена сложились основные виды астрологических прогнозов.
Мунданная астрология (мировая или политическая) сосредоточена на предсказании судеб мира, страны, нации, крупной группы населения, вопросов войны и мира, смены правлений. Ее основные принципы изложены Клавдием Птолемеем в сочинении «Тетрабиблос», хотя это древнейший тип предсказаний, известных и в Древней Месопотамии, и в Египте еще тысячи лет назад.
Хорарная, или интеррогативная астрология окончательно оформилась в эпоху Античности на основе вавилонских практик. Она предполагает, что астролог ищет ответ на конкретный вопрос с учетом места и времени, когда он был задан, а также расположения созвездий и отдельных звезд в пределах «домов». Такой метод в дальнейшем получил широкое распространение от Европы до Индии.
Натальная астрология — это составление персонального гороскопа, оценивающего судьбу и характер человека по дате и месту его рождения.
Элективная астрология (в античные времена ее называли катархической — от слова «катархон», то есть «принцип, начало») занималась поиском удачного времени и места для начала некоего важного дела. На ее основе один из диадохов, Селевк Никатор, выбирал место и время, чтобы заложить свою столицу Селевкию, а позднее противоречивые рекомендации о закладке Багдада стали считать причиной непростой судьбы этого города. В античные времена знак зодиака, связанный со счастливым предсказанием, нередко чеканили на монетах.
Считается, что самое раннее обращение к астрологии у греков содержится в поэмах Гесиода «Труды и дни» и «Теогония» (рубеж VIII–VII вв. до н. э.). В «Теогонии» автор адаптирует вавилонские мифы о сотворении мира и обустройстве небес к греческим мифологическим образам, а в «Трудах и днях» выстраивает описание повседневного цикла работ на основе вавилонского календаря, с учетом предписанных сезонных особенностей и звездных знамений. Впоследствии эта система сохранялась на протяжении всей Античности и европейского Средневековья.
Луна на колеснице и с хлыстом в руке. Монета эпохи Флавиев, ок. 150 г. Один из многочисленных вариантов изображения аллегорий небесных светил, восходит к вавилонским и персидским образцам, сохраняется вплоть до Ренессанса.
